Неделя о мытаре и фарисее: любовь как подлинная праведность

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня Церковь вспоминает неделю о мытаре и фарисее и читалась сегодня соответствующая история, притча о том, как в храме зашел некий человек, фарисей, помолиться. И он молился, близко-близко подойдя к алтарю, и говорил: «Благодарю Тебя, Господи, что я не такой грешник, как все прочие: пощусь, молюсь, десятину плачу, в храм хожу. Не такой окаянный хищник, вор, прелюбодей или как вот этот мытарь». А мытарь стоял, боясь пройти дальше, боясь поднять на небо глаза, и только повторял, плача: «Боже, милостив буди мне, грешному». И Христос сказал: «Истинно, говорю вам, что мытарь сей пойдет домой более оправданный, чем этот фарисей».

Ведь фарисей-то вроде все правильно делает и все правильно говорит. Вот и нам его поведение очень знакомо. Оно нам сродственно. Мы это поведение транслируем. Мы его очень любим. Мы так себя и ведем: заходим в храм и молимся здесь у алтаря, читая молитвы или акафист, или просто молясь: «Господи, благодарю Тебя, что я не такой грешник, как прочие». А там где-то стоит грешник, – на паперти, или за воротами, или дома у нас у телевизора сидит грешник. И мы говорим: «Господи, благодарю Тебя, что я верующий человек, а не такой, как этот безбожник, или как этот прелюбодей, или как этот негодяй, или прочие, прочие, прочие…»

Мы так и делаем, и это совсем неплохо, с одной стороны. Потому что хуже, когда мы считаем, что праведность наша (мнимая, конечно) есть наша собственная заслуга, когда мы думаем, что то, что мы в храме, то, что мы верующие, то, что мы молимся или постимся – это наш собственный труд и наше собственное дело; это ещё хуже.

Этот фарисей хотя бы понимает, что таким верующим и таким благочестивым его сделал Бог. А мы-то даже этого не понимаем. Мы все очень далеко порой стоим, даже от этого фарисея и от мытаря, – не то, что от праведности подлинной, или от святости.

Мы очень далеки от всего нормального в Церкви, потому что мы считаем, что наша праведность, наше благочестие, наша вера есть наша собственная заслуга, и мы обязаны этим только себе. Мы даже не благодарим Бога за то, что молимся или постимся, или даем десятину, или творим милостыню, потому что мы всю эту славу даем себе: Благодарю себя, Господи, что я такой хороший! (Бедный Ты, бедный Господи, деваться Тебе некуда, – придется Тебе меня спасать, награждать и хвалить, потому что я – последний праведник на этой земле, а все остальные вокруг – грешники!).

Вот до такой степени, до такого ужаса доходят сердца многих и многих людей. Лучше, если человек хотя бы благодарит Бога, исповедует, что его вера, его какое-никакое благочестие, хотя бы сегодняшнее присутствие в храме есть дар Божий, есть действие благодати Божьей, – но, конечно, необходимо, чтобы как-то самоутвердиться, найти какого-нибудь грешника и сказать: «Вот я – не как этот грешник». И как-то мне легче делается на душе: конечно, я понимаю, – на исповеди вчера говорил, что я грешный человек, – но благодарю Господа, что у меня есть вера, благодарю за то, что могу что-то делать, и что я не такой, как этот безобразник, который живет у меня под одной крышей, или в соседней квартире, или стоит здесь в храме, а я знаю его тайную жизнь.

Чего же не хватает этому фарисею? Чего ему не хватает? Ведь мы же все, безусловно, все хотим чего? Мы хотим быть праведными. Все хотят быть праведными. Все хотят быть благочестивыми. Все хотят хоть раз в жизни посмотреть в зеркало и улыбнуться себе: «Ну ведь не зря прошла жизнь. Ну ведь хороший я человек! Ну хоть сегодня-то я могу собой гордиться. Пойду Богу об этом скажу!» Каждый хочет хотя бы на час, хотя бы на день стать праведником, чтобы, как ему кажется, смело посмотреть в глаза и задрать нос повыше перед теми, кого он считает неправедными. Потому что зачем нужны в мире грешники, – знаете? Для того, чтобы подчеркивать нашу праведность. А иначе как мы узнаем, что мы праведны, если грешников не будет? Как мы подчеркнем свои достоинства, если рядом не будет прелюбодеев, изменщиков, воров, продажных чиновников, трусов, подлецов и прочих негодяев? Ведь на фоне их только мы праведны.

Ну представьте себе, что́ бы было, если бы мир состоял из Макариев Великих, чей день памяти сегодня. И мы такие одни, а кругом – только Макарии Великие. Как бы мы себя чувствовали? Как бы мы были с собой довольны? Нет, мы бы с ума сошли. Мы бы вели войну всем Макариям, чтобы их истребить с лица земли или превратить в грешников, как я. А пока есть грешники, я могу быть собой довольным. Я всегда могу сказать: «Господи, я, конечно, плохой, но не самый же плохой, есть намного хуже меня. Так что, поскольку вариантов у Тебя немного, я надеюсь, что Ты меня спасешь». Чего же не хватает этому фарисею и нам, в том числе?

Мы стремимся к праведности, не понимая, что совсем не в ней смысл. От человека требуется не праведность, ибо все грешники, всегда будем грешниками, родились грешниками и умрем грешниками. И ни один час на земле мы никем другим не будем; хоть проживем миллион лет – все равно будем грешниками. И других людей в мире не существует. И Серафим Саровский, и Макарий Великий, и Антоний Великий были грешниками. И грешниками умерли. Мы пытаемся сражаться с ветряными мельницами. Мы пытаемся достичь невозможного. Мы хотим быть такими людьми, каких не существует в природе.

Мы всегда грешники. Но нам нужна не праведность. Нам нужна любовь. Любовь и есть праведность, любовь и есть исполнение закона, – говорит Священное Писание устами апостола Павла. Любовь есть совокупность совершенства. Любовь есть вершина добродетели. Любовь есть подобие Бога. Любовь – вот во что мы должны облечься. Любовь – вот что́ мы должны взыскать и приобрести. И вот об этом должна болеть наша душа, – чтобы любить грешника, утешить грешника, обнять грешника, считая, что я – такой же грешник, как и он, а поэтому что мешает мне его любить? Христос пришёл, чтобы даровать нам любовь.

И причащаемся мы, чтобы причаститься этой любви. Но мы выходим из храма и думаем только о том: «Я прав, а он не прав. Я хороший, а он плохой. Я знаю, а он не знает». И судим, и злимся, и гневаемся, и ссоримся. И все у нас, у христиан, есть как по писаному, – нет только любви. А нет любви – нет ничего, ибо Бог есть любовь.

И если мы не пребываем в любви, то в Боге мы не пребываем. И напрасно причастились – в суд себе, – и напрасно называем себя христианами, ибо от Христа отрекаемся, ибо Он умер, любя нас, чтобы донести любовь до каждого человека, до каждого грешника. И мы – Его члены, мы – продолжатели Его дела, состоящего в том, чтобы донести слово о любви до каждого грешника, который встретится на нашем пути.

А мы его осуждаем, мы его презираем, мы его ненавидим. И поэтому все у нас так же, как у фарисев той эпохи. Нам легче распять Христа, чем явить любовь ко грешнику. Нет нам покоя на земле. И не будет покоя, земля будет гореть под ногами нашими, и душа будет томиться в темноте темных сил, уныния и отчаяния, пока мы не поймем, что главное, для чего мы созданы, для чего мы посланы, – это любить, – любить всякого человека, которого посылает мне Бог. Не могу любить, – буду просить это любви, каяться в том, что не люблю, причащаться этой любви – и снова идти и стараться полюбить того человека, которого не принимает моя душа, потому что она убогая, гордая и грешная.

Вот с чем мы должны бороться. Вот на что надо нам направить свои силы в грядущем посту, – чтобы стяжать любовь, научиться любви, смириться настолько, чтобы быть способным любить всякого человека, живущего в этом мире. Аминь.

Видеозапись сделана работниками Свято-Троицкого собора и опубликована на их канале в рутубе: rutube.ru/video/fbf7…

Видеозапись на нашем канале в RUTUBE: rutube.ru/video/f4c7…

Видеозапись на нашем канале в YouTube: youtu.be/J4Z0OMEu9nE

Аудиозапись: disk.yandex.ru/d/-_GAtBjM…

_____________________________

#проповедь@korepanov_site #оКонстантинКорепанов #священникКонстантинКорепанов #КонстантинКорепанов

Источник: https://vk.com/wall-156269624_12129