Проповедь о вере и терпении в житейских испытаниях

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня я целый день получаю поздравления. И вот, самым ранним утром пришло одно поздравление, которое начинается так:

«Господь даёт быть свидетелем невероятной красоты. Не эстетики, а воплощённой, явленной красоты Божественного промысла. Именно той красоты, где у всего – свое время и место, и это все стыкуется, выверено между собой до миллиметра, до секунды. Потрясающе это наблюдать. Остаётся только любоваться и наслаждаться этой красотой действий Творца, Его заботой о Своем творении, Его невероятной любовью к Своим детям.

Это непревзойденная синергия, совершенство, единение всего. Это настоящий рай среди шума в потоке машин, в толпе среди безумия мира, потому что Христос – всегда и вовеки Тот же»

Это написала женщина. Она не в монастыре живёт. Она – мать пятерых детей. Она работает по многу-много часов и воспитывает детей, упокаивает свою свекровь. Живёт в мегаполисе, а не в деревне. И ещё она неизлечимо больна и в любой момент может умереть, но всякий раз надеется, что Бог даст ей возможность поднять последнего ребёнка, которому нет ещё и года. Если бы это написал человек, который наблюдает жизнь или читает богословские книги, – то да, конечно, мы просто покиваем и пройдём стороной, но мало кто из наших прихожан терпит такие скорби, как терпит она. Мало у кого была такая жизнь, в которой были такие страшные события. Но среди наших прихожан почти нет таких людей.

У неё была очень тяжёлая жизнь, хотя она с детских лет бегала в храм, пела на клиросе; поёт и сейчас, пишет иконы. В каждое свободное время, которое не занято детьми или служением, она молится. Молится по простому, не по акафистам, не по Псалтири, но всё своё сердце вкладывает в молитву. Почему так? Как к этому прийти? Она очень неудачно вышла замуж – ну, с человеческой точки зрения. Но она поверила, что это и есть воля Божья: «Бог хочет, чтобы я жила с этим человеком всю жизнь». Её уговаривали развестись, потому что он был плохим, потому что он не работал, потому что не приносил домой ни копейки, потому что он, при всей своей образованности, и при том, что он очень умный человек, он к жизни не приспособлен, совершенно ничего не мог делать из того, что́ нужно в повседневной жизни. Но она всякий раз после разговора со священником приходила, молилась: «Господи, что Ты хочешь?» И всякий раз получала удостоверение, как Ефрем Катунакский: надо терпеть.

И она терпела с верой всю свою жизнь. Она никогда не роптала, никогда не возмущалась, никогда. Даже тогда, когда могли бы возроптать все знающие её историю и видящие её страдания, она не роптала и тогда. Она всю жизнь, вот эту свою житейскую жизнь прожила безропотно.

Дети у нее – не ангелы, обычные. Иногда закатывали истерики, иногда не слушались. Но и тогда она не роптала, – никогда в жизни, просто никогда. Она никогда не возроптала против Бога. «Почему у меня такая жизнь? За что мне это? Почему я так мучаюсь?» Она просто принимала всё, что́ посылает Бог. «Ну, раз так надо, – значит, так надо. Богу ведь виднее».

Она не пыталась помнить своих грехов, – я лично у неё их не знаю. Она не пыталась придумать этих грехов. Она не пыталась взрастить в себе комплекс вины: «Сама виновата, надо было по-другому замуж выходить». Она просто доверяла, что Бог хочет ей блага: «Раз Он это мне посылает, – значит, это зачем-то нужно. А думать я об этом не хочу. Да и некогда мне, честно сказать, думать об этом, – надо молиться, надо смотреть за детьми, надо деньги где-то найти». И вот она так живёт, по крайней мере, как я знаю, – последние лет 20. Сейчас лучше значительно, особенно когда свекровь все-таки она упокоила и муж всё-таки пошел на работу, хотя до этого 15 лет не работал.

Да просто как-то душа её стала такой светлой, такой простой. Батюшка из её храма однажды мне написал, и назвал её «это наша приходская святая», – настолько очевидный она луч света; вот лучшее тому свидетельство: когда мой сын впервые увидел её, мы были на кладбище одном, вроде, святое место, но ему было скучно. Мы занимались важным делом, мы молились, мы беседовали с людьми, но ему было скучно. И она, почти сорокалетняя женщина, бегала, играла с ним в прятки, и он был счастлив оттого, что хоть один нормальный человек нашелся, и он бегал, и играл с ней. Вот, настолько светлый человек.

Её никто никогда не видел унывающей или плачущей. Никто её не видел и в каком-то восторге. Она просто всегда тихая и мирная.

Я не о ней говорю, а о том, как прийти в это состояние обычной человеческой христианской святости, – не той святости, которая воскрешает мертвых, или ходит по воздуху, или исцеляет больных, или открывает будущее, – а простой, той самой святости, которую всем, каждому даровал Христос – надо же только поверить. Какая же у нас вера? если мы ропщем, значит, мы не верим в Бога, значит, мы считаем, что мир (наша жизнь, точнее), управляется тупым или злым существом. Где же вера? Если мы верим, что Христос любит нас так, что умер за нас на Кресте, если мы верим, что Он дал нам благодать Святаго Духа в день, когда мы крестились, если Он каждый день прощает и низводит на нас благодать, – как мы смеем думать, что что-то сегодня плохо? Либо мы говорим, что моя жизнь не со Христом и тем самым отрекаемся от Него, либо мы думаем, что Он злой или бессильный. Веры нет. Вера же без дел мертва, она не осуществляет себя. Она никаким образом не может себя проявить. А начинается всё не с того, что мы помолились, как сегодня читалось Евангелие и говорил наш любимый отец Амвросий: вот, помолился – и получил просимое. Мы о такой вере знаем, но она никогда не наступит.

Кому мы молимся? Злому существу или бессильному существу, или тому, кто над нами не властен? Мы же противоречим своей молитвой сами себе. И поэтому начинается с того, что если мы веруем, что Христос есть Сын Бога Живаго, пришедший мир грешников спасти, то этот Бог – и благ, и щедр, и Человеколюбец, и всемогущ. И я же сказал Ему в день крещения, что верую Ему, как Царю и Богу. Я посвятил себя Ему.

Всё, вроде бы, должно начаться, но я прихожу и говорю: «Нет, все плохо. Ты плохо работаешь, Господи. Я не понимаю, почему. Но очевидно, что Ты какой-то не такой добрый, как про Тебя говорили, не такой щедрый, как я было подумал, – не такой могучий. Наверное, враг сильнее». (Недавно я слышал версию того, что сатана сильнее Бога, и потому так всё плохо в этом мире).

Нет, не сильнее. Это веры у нас нет, веры. Как сегодня читалось в Евангельском отрывке: «придя, найду ли Я веру на земле?» Мы думаем, что вера – это что-то вот такое сногсшибательное. Нет, я пришел к Богу: «Ты – мой Бог. Ты мой Царь, я отдаю себя под Твое покровительство».

И на эту веру Он говорит: «Да, хорошо, Я буду о тебе заботиться. Я буду о тебе заботить, как зеницу ока хранить тебя буду». Человек думает: «Ну всё: теперь – деньги, машина, квартира; завтра женюсь (или замуж выйду), дети родятся, все здоровенькие, все сильные, карапузики такие, сколько надо, столько и родится, вообще здорово. Вот поеду по заграницам, буду по святым местам ездить!» А всё не так.

Ну, так мы же отдали себя под Его водительство. Значит, то, что́ происходит, и есть так: мы себе свое какое-то придумали будущее и думаем, что Он будет исполнять нашу заявку. Он не интернет-магазин, Он не «златопечка», Он не Яндекс Доставка. Он – Бог, Он о нас заботится так, чтобы в конце пути мы сказали: «Господи, какая красота! Как Ты все это сделал? Как Ты это сумел? Как ты это делаешь вообще? Как Ты так приводишь всё к совершенной красоте? Судьбы Господни истинны, оправданы вкупе.

Источник: https://vk.com/wall-156269624_11181