Понять суть Рождества Христова

Фрагмент лекции, прочитанной отцом Константином Корепановым Рождественским постом 2018 года прихожанам Собора в честь Успения Пресвятой Богородице г. Екатеринбурга:

«… И вот, всё это время, когда человечество ждёт обещанного Освободителя, обещанного Спасителя, люди пребывают во тьме, пребывают в смерти, пребывают во грехе, и состояние это — безысходно. Как говорит Иов: «Кто родится чистый от нечистого? Ни один.» (Иов. 14.4) Как можно родиться хорошему, здоровому — от больного, от испорченного, от злого, — от мёртвого?

Здесь необходимо понимать одну важную вещь: вот, Бог творит Адама, человека. Потом в этом человеке, — хотя он не перестаёт быть целым, — Он этого человека как бы разделяет, — но это, по-прежнему, один человек: у второй половины даже имени нет. Имя появится только тогда, когда эти половинки разделятся. Это — один Адам в двух лицах, в двух личностях, в двух ипостасях. Как мы привыкли говорить: Адам и Ева, хотя до грехопадения — это просто Адам, имеющий свою жену. Но всё это — единое существо, и Бог их видит как одного Адама, как одно целое. Все люди, рождённые от Адама, — все они — пребывают в нём, в его клеточках, в его естестве, в его крови, — мы все — его многочисленные потомки. И все мы рождаемся со временем от него, и все мы в нём есть. Если бы никакого грехопадения не было, — то всё это было бы, по-прежнему, одним целым: единым Адамом, в котором и дети, и внуки, и правнуки — если бы они появлялись, — было бы одним целым. Но Адам согрешил — и умер в тот самый момент, когда согрешил. Смерть для него проявилась двояким образом. Первая смерть: он отрезал себя от Бога: до этого он жил и питался Богом; — но он отрезал себя и от источника жизни, — и внутри самого Адама жизни не стало, — он стал мёртв. Его существо, созданное Богом и поддерживаемое Богом: Его волей, Его промыслом, продолжает какое-то время жить, сохраняя при этом любимые черты в теле мёртвого человека. Как земля, лишённая благодати Божией, продолжает производить и производить, — хотя уже и совсем не то, что производила по воле Божьей. И внутри всего Адама, — поскольку в нём нет жизни, — наступает смерть. Это — первая реальность, с которой столкнулся Адам: он — мёртвый. Потому что тело живёт, но внутри он — мёртвый, потому что там нет Бога. Он разорвал нити, связывавшие его с Богом — он стал жить без Бога. Бог действует на него по Своей любви и поддерживает его бытие, но внутри него самого Бога нет, потому что он как бы выгнал Его, закрыл за Ним дверь. Этот образ будет потом использован в книге «Апокалипсис», когда говорит Господь: «Се, стою у дверей и стучу; кто отворит — к тому войду.» (Откр. 3.20) Адам выставил Бога за дверь, — и все, рождённые от него, рождаются в этом состоянии.

Продолжая этот образ, Христос приводит притчу, известную Евангельскую притчу об одном человеке, в котором есть бес. Этот бес может уйти, — и горница может быть украшена, она может идеально выглядеть, — то есть, человек может быть добродетельным, он может даже быть праведным, но он — пустой, горница пуста, — там никого нет, и поэтому бес, когда он приходит в эту горницу и, видя её незанятой, приводит с собой друзей, — и становится ещё хуже. Эту притчу Он говорит фарисеям: вот, вы, праведные, можете стать хуже, чем те бесноватые, которыми вы гнушаетесь. Потому что важно не то, как украшена твоя внутренняя или внешняя храмина: важно то, кто в тебе живёт. Внутри человека нет ничего, он разорвал эту связь с Богом — и он стал мёртвым. И это делает, в конце концов, людей зависимыми от дьявола, от власти его, принуждающей делать то, что хочет делать он, потому, что внутри человека Бога нет. И эта смерть проявляется ярче всего в том… — Ну, — что такое жизнь? Жизнь — это любовь, то есть, жизнь и любовь — это одно и то же. Любовь — это способность живого существа неизменно, независимо ни от чего, изливать мир, радость, помощь, заботу на всё существующее, — независимо от того, как это существующее относится ко мне как существу, изливающему на него любовь. То есть, любовь непоколебима. Если же поколебима — то не любовь. Любить — это именно быть источником радости и мира, независимо от того, что я чувствую, и как ко мне относятся. Это есть жизнь, победить её нельзя, потому что с ней ничего нельзя сделать.

И вот, эта жизнь ушла. Люди не могут любить. Какие-то механизмы, какие-то остатки умирающего тела, какие-то признаки, какое-то тепло ещё сохраняется какое-то время, — но, в конце концов, теряется совершенно, потому что — да, мы можем какое-то время быть внимательны к человеку — до тех пор, пока он внимателен к нам; — да, мы можем ещё какое-то время заботиться о нём, когда он уже не внимателен к нам, — но радости от этого уже не испытываем, нам уже тяжело, мы уже терпим, мы мучаемся: почему он нам не отвечает взаимностью? Я о нём забочусь, а он игнорирует, а он пьёт, а он играет, а он изменяет, а он не любит меня! — Да, мы по-прежнему делаем то, что считаем правильным и нужным, — но радости это не доставляет ни нам, — ни человеку, о котором мы заботимся. У нас нет сил относиться к другому, не любящему, не платящему нам взаимностью человеку бесконечно ровно, мирно и радостно независимо ни от чего, — нет сил. В нас нет жизни, — потому нет сил любить. Мы любим наших детей, но только пока они не выводят нас из себя. Мы и потом любим их, но стараемся меньше с ними взаимодействовать. И наша любовь не согревает их, а раздражает их, не утешает их, а озлобляет их, — значит, это — не та любовь. Ибо любовь животворит, а наша — не животворит.

На эту тему можно было бы говорить много, но внимательном человеку достаточно, чтобы понять, что в нём нет жизни, поскольку нет любви. Любви не в смысле, как мы все любим жён, мужей, родителей, — любим в какой-то степени, любим, пока не придут испытания. Христос про это и говорит: — Если вы любите любящих вас, — то что толку — это все делают, это все умеют делать. Любовь проявляется в том, чтобы любить ненавидящих вас. Именно общение с ненавидящими показывает, живы ли вы, или нет. И только Христос даст нам возможность жить так, — когда Он принесёт жизнь нам, но пока — нет.

Это — первое проявление смерти в человеческом существе. А второе — то, что единое целое этого человеческого существа начало расползаться. Сначала Адам отделился от Евы; потом каждый из нас, все рождаемые в бесконечных годах люди, — каждый — сам по себе, и каждый рождённый — воспринимает себя как отдельное существо, — не как часть целого, а как отдельное существо.

Мы воспринимаем себя как отдельное существо, которое в какое-то время своей жизни хочет вступить в связь с другим обособленным существом, — или ещё с кем-то: это родители, это жена, это дети, друзья, и мы — с ними, но все они — обособленны. Никто из нас не воспринимает себя как часть целого, как часть Адама. Единственный, кто помнит, что мы целы, что мы — один человек — это Бог. Он по-прежнему видит нас, до сих пор видит нас как целое, как будто мы — единый человек, и просто труп на грани полного разложения, переходящий в прах. Но Он всё равно видит целое. Это как мы: у нас есть такая способность, бессильная и сильная одновременно. Вот, мы подходим к трупу — ничего родного там нет; кто не видел живым этого человека, ничего о нём не знает. Человек, который видел его очень давно, его не узнает. Только мы, прожившие с этим человеком долго, любящие его, помним его, — каким он был, — и это помогает нам его узнавать. Его нет, — а мы его помним, и он — как живой: в нашей памяти он — живой. И, даже если бы мы его увидели лишённым всякого образа и вида, — как это случается с человеком, — памятью о нём мы воскресили его, и, в памяти, он был такой, каким мы его помним. Наша человеческая память хранит целостность; тело распадается, — а память держит его целым. Она не может его воскресить, но целым сохранить может. Бог — не мы. Он не только нас помнит, как целое, но Он может нас, как целое, воскресить. Но для этого надо что-то сделать.

И эта разорванность всех нас , то, что мы — как частички распадающегося Адама, и наша обособленность друг от друга — чувствуются всё острее и острее. Люди уже не только не могут создать семью, — они уже не хотят её создавать. Люди уже не только не могут дружить, — а уже не хотят дружить. Люди уже не только не могут заботиться о родителях и рожать детей, а уже не хотят заботиться о родителях и не хотят рожать детей. Это уже крайняя степень обособленности каждой клеточки единого Адама, которая показывает, до какого страшного разложения мы, в конце концов, дошли. Это всё последствия смерти человека, — и, чтобы это изменить, нужно что-то сделать. Но каким образом, как это ещё реанимировать? — каким образом можно было бы ещё спуститься Богу? — ведь дверь закрыта, и Адам её открыть не может, — не хочет. Мы лишены возможности связываться с Богом. Он не может ничего сделать. И, даже если Он придёт, — это будет судом над всеми нами: если бы Он пришёл как Бог, — Он бы просто нас всех уничтожил, ибо все мы — грешники, все мы — ненавидящие и лишённые Жизни, — и эта Жизнь сожгла бы нас Своей любовью. Мы бы не были способны Её вынести, если бы Христос явился, как Бог. Мы видели, что было: к Адаму явился Бог, — а он не стал творить покаяние, не раскаялся в своём деле: он захлопнул эту дверь попрочнее, чтобы Бог не вмешивался в его жизнь и не нарушал его свободы. Как спасти человека?

И весь замысел состоит в том, что Бог должен будет родиться как человек. Но, если родится человек от мужского семени, — он будет грешным, как все прочие люди: он станет частью этого Адама. А Он должен будет родиться не от мужского семени, — но стать как бы частью Адама. — Вот такая хитрая проблема. Он должен стать и частью человеческого существа, и не быть рождённым естественным образом.

И тогда творится то, что происходит в Благовещении, а потом — в Рождество, — когда не через семя мужчины, а через действие благодати Божией, в земной женщине зачинается Святой плод. — Не от хотения мужчины, не от похоти плоти, — а по воле Божьей. Бог становится частью единого человека, оставаясь при этом безгрешным. Не тленным — иным. Когда же появится женщина, способная вместить этот плод? — Именно этого ждёт человечество, опять — таки: женщину, способную выносить Святое семя, способную выносить Сына Божьего.

Это — краткая иллюстрация того, что происходит …»

Записали Светлана Наумова и Алена Плотникова.

Видеозапись доступна на нашем канале в YouTube: youtu.be/9gYM6Eo4gfs

#оКонстантинКорепанов #священникКонстантинКорепанов #КонстантинКорепанов #Рождество_Христово #Рождество #беседы@korepanov_site

Источник: https://vk.com/wall-156269624_894