Ищущим похвалы и сетующим о неприятностях
Мы продолжаем читать «Наставления» преподобного Марка Подвижника о духовной жизни. Продолжаем и разговор о развитии страсти. Обратимся к 143-му абзацу:
«Ищущий похвалы находится в страсти, и сетующий о нашедшей скорби, конечно, любит утешность».
Частный случай буквально приведен в этом коротеньком абзаце, и он показывает на то, что не власть бесов или обстоятельств каким-то образом доминирует в нашей жизни. Не она приводит нас к внутренней депрессии, тоске, унынию, печали или чему-либо подобному. На самом деле все коренится в нас самих. Не бесы и обстоятельства, а мы сами погружены в вещественные начала мира, погружены в страсть, живем страстью, дышим страстью, все наше существо живет страстью. Ведь страсть, как мы когда-то говорили, и есть полная зависимость внутреннего мира человека от того, что есть во внешнем мире. Как раз страсти и показывают те вещественные разные явления, феномены, события, без которых наше внутреннее бытие невозможно, мы зависим от них. И это очень далеко от каких-то злых существ, потому что мы сами находимся в падшем, раздавленном состоянии. Как сказал однажды Никон (Воробьев), даже воевать-то с нами не приходится, потому что мы сами против себя злейшие враги. И вот тут показан частный случай, который очень часто случается с человеком. И эта депрессия, часто возникающая в человеке, вызвана не чем иным, как именно несостоявшимся поиском похвалы.
Например, мы сетуем, переживаем, что нас не замечают, что нас кто-то обошел, что к нам отнеслись несправедливо. Нас возмущает, что вообще определенная часть людей относится к нам несправедливо. Вот это ощущение (не констатация факта со стороны нашего разума, а именно ощущение, что к нам отнеслись несправедливо, внутреннее состояние человека, терпящего несправедливость) есть как раз, по четкому выражению Марка Подвижника, свидетельство того, что мы находимся в тщеславии. Тщеславие же, по мысли всех святых отцов, является матерью всех пороков и в силу этого погибелью человека.
Но как же так? Ведь к нам действительно могут относиться несправедливо. Конечно, могут. Более того, часто действительно относятся несправедливо. Но я еще раз подчеркну описываемое состояние: это не то, когда мы констатируем факт, что к нам относятся несправедливо. Например, муж к жене, жена к мужу, дети к родителям, родители к детям – они постоянно относятся друг к другу несправедливо. Тем не менее мы же живем в этой ситуации и как-то научаемся за годы нашей жизни спокойно к этому относиться. Это некая постоянно продолжающаяся, пролонгированная, так скажем, ситуация нашей жизни. Тем не менее мы спокойно к этому относимся.
Часто мы сознаем несправедливость со стороны наших работодателей или государства, еще чего-нибудь. Но мы учимся с этим жить, и для миллиардов людей ничего особенного в этом нет. Люди понимают, что живут не в райской жизни и что несправедливость – это постоянно случающаяся в этой жизни ситуация. Но это то, что касается человека вообще.
А для христианина есть особые условия существования. Он – последователь распятого Христа, он идет за Христом, Которого распяли заведомо несправедливо. Он идет за Христом, Который призвал идти за Собой. Например, апостол Петр в своем послании говорит: «Если вы страдаете несправедливо, так вы к тому и призваны; чего же вам еще желать и хотеть, если вы призваны к тому, чтобы страдать несправедливо? Если вы страдаете справедливо, то тогда что вообще в этом есть?» (см. 1 Петр. 2, 19–21)
Если вас наказывают за то, что вы виноваты, что в этом особенного? Вас наказали за то, что вы делаете что-то не так. Если же вы страдаете безвинно, несправедливо, то тем самым вы и исполняете наказ Христа, идете по Его стопам, ибо Бог наш страдал несправедливо. Это то, что касается опять-таки некоего умного осознания того, что с нами происходит. Но это все именно сфера деятельности сознания.
А вот когда возникает чувство обиды, когда человек именно сердечно тяготится тем, что, как ему представляется, к нему все относятся несправедливо, тогда это именно тщеславие, именно то наше страдание, которое обнажает, обнаруживает эту самую страсть. И в этом смысле это страдание есть благо.
Мы должны чувствовать себя скверно и от того, что страдаем невниманием к нам окружающих, и от сознания того, что это же вообще-то мерзко, некрасиво мучиться от того, что нас не замечают. То есть мы должны сознавать, что под этим кроется желание быть замеченным, быть в круге этой жизни, быть в центре внимания других людей, как бы требовать от них этого внимания, претендовать на это внимание, искать этого внимания. Но если человек уж не совсем погружен во тьму, он должен сознавать, что это не совсем прилично человеку. Это же есть какая-то очень липкая, очень неприятная ситуация, когда мы чувствуем потребность в том, чтобы нас замечали, хвалили, чтобы нам каким-то образом постоянно оказывали знаки внимания. Мы должны понять, что это наше страдание есть страсть, раз мы от этого зависим. Оно показывает нашу зависимость от чужого внимания, зависимость от похвалы. (Не от похвалы и внимания Бога; объективно внимание Бога и похвала Бога не могут не быть с нами.) Нам нужна именно похвала людей, внимание людей и знаки внимания со стороны людей. И все это показывает, что мы на самом деле зависимы. Это и есть страсть.
И мы страдаем от отсутствия этого внимания, как страдает наркоман от отсутствия наркотика или как человек с алкогольной зависимостью страдает от отсутствия алкоголя. Это же ломка. Говоря грубым медицинским (или квазимедицинским) термином, у нас ломка: нам очень нужно, чтобы нас хвалили, замечали, любили, жалели, оказывали знаки внимания. И когда этого нет, мы страдаем, потому что нам это крайне нужно. Конечно, это все показывает нашу страстную зависимость. И это, несомненно, плохо.
Вторая ситуация, которую здесь приводит преподобный Марк Подвижник: если мы скорбим и ропщем, значит, мы любим состояние, в котором нет скорби, состояние блаженства. Мы любим состояние блаженства. Естественно, кто не любит состояние блаженства? Это свойство человеческой природы. Но мы же понимаем, что в этом мире состояние блаженства невозможно. И состояние блаженства человек может испытывать только в Боге. Значит, мы хотим испытывать состояние блаженства в мире, который лежит во зле, в мире грешном, в мире падшем, в мире, который распял Христа. Мы хотим блаженства здесь и сейчас, мы хотим построить мир, в котором нам будет совершенно хорошо. Другой какой-либо мир нам представляется ненужным, мы любим утешение здесь, мы любим наслаждение здесь. По сути дела, мы любим мирские удовольствия.
И любая случившаяся скорбь лишает нас возможности превратить здешнюю жизнь в непрестанный поток удовольствий. Нас это раздражает, напрягает, и мы начинаем роптать. И вот эта ропотность в отношении какой-нибудь скорби и показывает, что на самом-то деле мы хотим превратить нашу здешнюю жизнь в непрестанный поток покоя, наслаждения, веселья, утешения. И тем самым свидетельствуем, что иное нам не нужно. Иной мир, иное Царство, иные цели, задачи нам не нужны. Мы хотим жить только здесь, наслаждаться только здесь. То есть мы не хотим нести крест Христов и идти по узкому пути в Царство Его по Его пути.
Мы подобны Израилю в пустыне, который шел в землю обетованную и роптал, что оставил котлы с мясом. Это и есть лицемерие. То есть мы как бы делаем вид, что идем за Христом, делаем вид, что идем в обещанное нам Царство Божье, но ропотом своим выдаем истинные намерения свои. Нет, мы только делаем вид, что идем за Христом, а на самом деле сердце наше осталось в Египте, сердце наше привязано к греху. А Бог смотрит не на тот внешний вид, который мы на себя напускаем, а смотрит в сердце наше.
Источник: https://vk.com/wall-156269624_345