Читаем Ветхий Завет

Лекция 10.1. Левит. Ветхозаветное богослужение

О сути жертвы

Начнем с самого главного вопроса (который задают все, кто хоть что-то знает об израильском богослужении, богослужении ветхозаветной церкви): о жертве – зачем совершается жертва, зачем убивать несчастных животных – ягнят, телят, зачем убивать голубей, как это было, когда Дева Мария принесла в храм Своего Новорожденного Сына (это праздник Сретения Господня) и принесла в жертву двух голубей? Каков смысл этой жертвы?

В определенном смысле мы про это уже говорили, вспоминая историю Каина и Авеля. Мы должны понять одну важную вещь – Богу жертва не нужна: нет ничего, что бы мы не получили от Него. Все, что мы имеем, все, что можем принести Богу в дар, есть дар Божий – Он не нуждается в нашей жертве, и, кроме того, как это хорошо сказано в 49 псалме, Он Сам Духом Святым свидетельствует: разве Я вкушаю мясо козлов или овнов, разве Я пью кровь ягнят? Но если Он не нуждается в этой жертве, если она Ему ничего не может дать, зачем мы совершаем жертвоприношение, тем более такое кровавое?

И первое, о чем надо задуматься: смерть любого жертвенного животного в израильском народе – это прообраз крестной Жертвы Спасителя. Каждый агнец, телец или козленок символизировал собой Небесного Агнца, Который взял на Себя грех всего мира. Но зачем же нужно было убивать столько животных? Закономерный вопрос. И здесь мы приступаем к важнейшей и очень болезненной теме.

Смысл Жертвы Христовой, как и жертвы козлят и ягнят – без пролития крови не бывает прощения грехов. Если человек согрешил, он может очистить грех только с помощью крови. В Ветхом Завете человек, который совершал жертвоприношение, действительно получал какое-то очищение, достаточно ощутимую – по его вере – толику прощения, но совесть его не очищалась, сердце его не изменялось, поэтому победить грех, в нем живший, он не мог.

В этом кардинальное отличие жертвы животных от Жертвы, которую совершил Иисус Христос, потому что Его Кровь таинственно действует на нас.

По идее, если бы мы, причащаясь, вкушали Кровь Христову достойно, то совершали бы Литургию достойно, как это делали святые, и получили бы силу не грешить, и совесть наша ощутимо очистилась бы от последствий совершенных грехов.

Итак, жертвы животных не могли очистить совесть человека от мертвых дел.

И возникает вопрос – если кровь жертвенных животных не могла очистить душу человека от последствий греха, если человек каким был грешником, таким и оставался, зачем все это?

Тут важно понимать, что все древние народы считали: без пролития крови не бывает прощения. На самом деле, смысл в том, что за свой грех человек должен был умереть сам. И действительно, речь о жертвоприношениях идет только когда человек согрешает по неведению, не смертным грехом – был ряд грехов, и этот список достаточно велик, за которые человек никакой жертвой не мог бы отмыться, он должен был быть убит.

В частности, смерти предавали человека, который злословил отца или мать, прекословил своим родителям. Или того, как это было при захвате Палестины, кто взял себе в шатер то, что ему не принадлежало, – это было проклятым имуществом, он взял себе, и за это был умерщвлен. И за многое другое грозила смерть. За прелюбодеяние, например.

Древний человек жил категориями, которые сейчас нам кажутся не очень гуманными, но он глубоко чувствовал, что грех – это и есть смерть; если ты согрешил, ты должен умереть.

Особенно это понимание проявляется в ритме богослужения и жертвоприношения, которые совершаются в израильской церкви.

Сейчас мы относимся ко греху достаточно легкомысленно, и в том числе потому, что не чувствуем его тяжесть, не чувствуем цену греха. Мы понимаем, что за все наши грехи заплатил Спаситель мира Иисус Христос, но нас это не трогает, мы какими были, такими и остаемся (иногда кощунствуем: приду, исповедуюсь, батюшка простит, и я причащусь).

Мы не чувствуем, что цена нашего греха – это наша собственная смерть. Мы вспоминаем на Страстной Седмице, как страдал Господь наш Иисус Христос, как Его истязали, как Он умер на Кресте, – в нашем богослужении достаточно натуралистично это показывается. Но до глубины нашего сознания это не доходит. А ведь когда мы вспоминаем Его страдания, по идее, должны бы понимать, что – это нас должны были бить и истязать, это наше тело должно было быть прибито на кресте, причем без всякой надежды на милость и воскресение из мертвых. Это мы должны были умереть – за каждый наш грех надлежит смерть.

От реальной смерти за каждый совершенный грех Господь избавил нас Своей смертью. Но мы перестали ценить, что Он для нас сделал. И мы продолжаем ходить, продолжаем жить, продолжаем даже получать милости Божии – на нас светит солнце, над нами мирное небо, у нас живы родители, есть дом, пища, тепло, дети бегут нам навстречу, у нас есть семья, дорогие люди, друзья. Мы грешим и не чувствуем, что на самом деле за каждый наш грех придется отвечать.

Ветхий человек приносил жертву за грех на своих собственных руках, он не просто должен был ее купить, как это было во времена Иисуса Христа – вот почему Он разгневался на тех, кто продавал во дворе храма скот, менял деньги, то есть то, что можно принести в жертву: человек во времена Господа Иисуса Христа потерял понимание сути жертвы.

По Заповеди Божией, в древности человек должен был принести в жертву козленка, ягненка, которого он сам вырастил, выкормил, – он должен был существо живое, близкое ему принести и отдать в жертву, чтобы фактически на его руках его и заклали. Мало того, этот ягненок смотрел жалобными глазами в глаза своему хозяину, потом кровью убитого животного кропили лицо этого человека. Это не наш всплеск святой воды, не Причащение Крови Христовой под видом вина и хлеба – это очень натуральное физиологическое действие. И потому человек очень остро переживал, что значит его грех, чувствовал всем своим существом, насколько он противен, мерзок, он обонял смрад своего греха, видел цену греха, который совершил. И он понимал: животное ему жалко, но есть только один выход – либо должен умереть он, либо Бог примет это животное.

Древние люди именно с такими мыслями и чувствами подходили к жертвоприношению. Если бы все исполнялось так, как было задумано Богом, конечно, греха в израильском народе было бы меньше. Но, к сожалению, все тонкости жертвоприношений соблюдались в израильском народе чрезвычайно мало. Фактически со времен Иисуса Навина, это примерно за 300–400 лет до царя Давида, пасха израильским народом не совершалась, люди забыли даже, как она совершается, надо было находить древние книги и по книгам читать.

Когда пророк Иеремия нашел свиток Ветхого Завета и принес его царю, царь плакал, потому что он никогда не читал свитков Ветхого Завета, и повелел сжечь этот свиток – не дай Бог, кто-нибудь узнает о пророчествах, которые там написаны. То есть люди забыли слово Божие, не совершали богослужения. Но дошедшее до нас описание помогает нам понять цену человеческого греха.

Сейчас только очень духовные люди, которые действительно возлюбили Господа, понимают, что плата за малейший грех – это Божественная Кровь.

Люди очень жалеют животных. Иногда даже приходится слышать: лучше бы человека убили, чем невинную скотину. Но представляется, что Бог более милосерд, если позволяет, чтобы вместо человека, который может покаяться, может измениться и творить добро, умирает бессловесная тварь.

Главное, что мы должны понять: суть жертвоприношения в том, что грех и смерть тождественны, и без пролития крови никакого прощения быть не может.

Христос пострадал реально, Он страдал по Своему Человечеству, а не как Бог, Которому не больно. Кровь, которую Он пролил, – Кровь Божественная, и она имеет силу, имеет благодать. Как в древности кропили кровью убитого ягненка хозяина, который его принес, так и мы как бы кропимся Кровью Господа Иисуса Христа. Только это получается не в таком натуралистичном виде.

И поскольку это Кровь непорочного Существа и, кроме того, Божественная, то, когда мы причащаемся, она очищает совесть нашу от злых дел. И если бы мы понимали, чему мы причащаемся, то получили бы силу не грешить. Невозможно конечно, чтобы человек не подвергался искушению, но, причащаясь этой Кровью, мы бы получили способность противостоять греху в любых ситуациях, потому что Христос противостоял греху, – а в нас течет Его Кровь, значит, и мы можем противостоять.

В древности, когда человек приносил жертву, он должен был возложить руки свои на голову жертвенного животного и исповедать над ним все свои беззакония. Так что связь жертвенной крови, имеющей силу очищать грехи, силу искупительной жертвы, и покаяния, исповедования своей греховности, своих немощей, прослеживается даже в Ветхом Завете.

Святые отцы именно поэтому говорят в своих писаниях, что «если ты хочешь получить Дух, ты должен дать кровь». Это не означает, что человек должен сам себя истязать, хотя были люди и общества, которые считали, что надо проливать кровь. В Католической Церкви долгое время был распространен обычай, когда за грехи человек начинал плетью себя истязать сам, или с помощью слуги или другого брата-монаха.

Но отцы говорят не об истязании плоти – о том, что если человек согрешил (а мы все грешим), то без страдания, причем страдания телесного, получить спасение, духовную жизнь невозможно.

Когда мы приходим на Исповедь, нам кажется: мы рассказали о своих грехах – и получаем прощение. На самом деле, это не происходит автоматически. Мы получаем прощение ровно в той степени, в которой мы действительно смогли пострадать за совершенный грех, вытерпеть что-то, подвергнуться какому-то страданию. Максим Исповедник говорит: «…если ты согрешил, не надо себя корить, надо со смирением и кротостью терпеть все, что с тобой происходит, и это вменится тебе в покаяние» – то есть безропотно нести подвиг своей жизни, свой крест, который на каждого из нас возложил Бог, терпеть искушения, скорби, укоры, обиды, тревоги, которые нас постоянно посещают; так мы и страдаем. Причем иногда страдаем очень болезненно, когда нас оскорбляют или унижают, особенно незаслуженно – сердце наше рвется из груди, но мы должны терпеть. Максим Исповедник говорит, что каждый может приобрести любовь к ближнему, приобрести духовные дары только в той степени, в какой он согласился пострадать, вытерпеть, смириться с тем подвигом, с теми обстоятельствами, которые возложил на него Бог.

Так что, говоря, что мы сейчас можем принести жертву, мы говорим неправду. Жертва принесена – Христос пролил за нас Кровь. Мы ничего не должны – и в то же время должны: спасение совершается не без нас. Нам надо измениться, Он-то даровал нам прощение, и мы можем получить милость Божию и благодать Святого Духа даром. Но, получая ее даром, мы призываемся к терпению во имя Заповеди Божией, к терпению во имя любви.

Отправить пожертвование отцу Константину

Как это сделать

Cообщить об ошибке