Проповеди

Проповедь иерея Константина Корепанова в Неделю 10-ю по Пятидесятнице (29.08.2021)


Проповедь о.Константина Корепанова на Божественной Литургии в Свято-Троицком кафедральном соборе г. Екатеринбурга 29 августа 2021 года.
На богослужении читался евангельский отрывок, в котором вспоминается исцеление Господом нашим Иисусом Христом бесноватого отрока (Мф. 17:14–23).

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь
Сегодня вы слышали в евангельском чтении, как привели ко Христу некоего одержимого бесноватого человека, причем вся его одержимость проявлялась в том, что он периодически оказывался то в огне, то в воде, — то есть, его то бил жар, он весь горел в огне, — то вдруг покрывался испариной, был мокрый, и это состояние периодически менялось , — то одно, то другое. И Христос исцелил этого ребенка, и когда к Нему подошли ученики и спросили: «А почему мы не смогли это сделать? Ведь этого ребенка сначала привели к нам, а мы не смогли его исцелить.» — тогда Христос указывает на единственную причину, по которой они не смогли это сделать. Он говорит: «По неверию вашему, ибо если бы вы имели веру хотя бы с горчичное зерно – как это крошечное, маленькое семечко, меньше, чем тмин – то тогда бы вы смогли сделать все, о чём бы вы ни попросили.» Попросили – значит, помолились. А апостолы не молились. Это может показаться странным, но это было действительно так, на самом деле. К ним приносили человека, они возлагали руки — и человек был здоров. Они не научились еще молиться. Они не научились взывать всем сердцем к Богу. Они не научились ни молитвенному дерзновению, ни молитвенной практике, — вообще, ничему тому, что связывается в нашем сознании с образом молитвы. Ведь они получили дар — и этим даром свободно и не молитвенно делились. То есть, они считали эту силу, которая была дана им Господом, как бы присущей им самим. Они ходили и делали примерно то же самое, что делают и современные, скажем, экстрасенсы или разные целители. Где бы они ни находились: в пределах ли России, или где-нибудь за границей, в разных заповедных местах от севера до юга земного шара – все они делают именно так: они просто возлагают руки, и человек исцеляется. Никакого молитвенного дерзновения, молитвенного действия при этом не происходит. И наоборот, Христос, который, будучи Богом, Сам мог исцелить любого, всякий раз — ибо Он человек — взывает к Богу. Даже тогда, когда Он воскрешает праведного Лазаря, – да любое дело, какое бы Он ни делал, – Он совершает, начиная с молитвы. И, однажды, Он так и сказал: «Я молюсь не потому, что Сам не могу этого сделать, а чтобы люди видели, что Я надеюсь на Тебя, взываю к Тебе и что в Тебе — упование и прибежище всякому человеку. В этом смысле, апостолы были совершенно не искусны. Они понятия не имели, что нужно надеяться на Бога. Они приписывали эту силу себе, что было последствием их неверия. Потому что, хотя они и чудеса творили: и бесов изгоняли, и много чего сделали, — но веры в них не было.

Вот это обличает в них Христос даже за несколько часов до Своего крестного страдания: они – не верующие люди. То есть, опять-таки, чудеса и вера не всегда соотносятся. Есть люди, которые творят чудеса, но это вовсе не значит, что они – верующие. Есть люди, которые верующие, но вовсе не значит, что они будут творить чудеса. В сознании людей, далеких от церкви и от Бога, эти два события соотнесены: есть чудеса – значит, есть вера; есть вера – значит, есть чудеса. На самом деле, все вовсе не так. Эти вещи не взаимосвязаны. Ибо вера, подлинная вера, всегда приводит человека к упованию и послушанию, а вовсе не к тому, чтобы творить чудеса. Именно по этой причине Христос обличает иудеев, говоря: «Вот, иудеи ищут чудес, эллины ищут знания, премудрости.» Но все это не имеет ко Христу отношения. И, более того, завершая Свою Нагорную проповедь, Христос говорит: многие придут ко Мне в тот день и скажут: «Господи, не Твоим ли именем мы пророчествовали, не Твоим ли именем чудеса творили, не Твоим ли именем бесов изгоняли?» А Бог им скажет: «Отойдите от Меня, проклятые. Я никогда не знал вас.»
Но в сознании далеких от Бога людей, чудеса непременно означают веру. Поэтому люди и попадаются в ловушки искушений, когда, видя какое-нибудь чудо, бегут за кем угодно, не очень размышляя о том, насколько человек церковен, насколько он благочестив, насколько он верит, насколько он праведен, насколько он вообще именно в Бога — именно во Христа — верит, и Христом ли он творит чудеса свои, ибо множество чудес вовсе ко Христу и к Богу не имеют никакого отношения.
И вот Христос говорит своим ученикам: «Имейте веру». Что значит иметь веру? Это, вообще, очень интересная вещь, интересное явление человеческого духа, о котором современные люди очень мало задумываются по той простой причине, что мы все вышли из совсем другой веры. И поэтому, поменяв идеологию, — когда-то мы верили – ну, скажем, мое поколение – в идеалы коммунистической партии; кто-то верил в то, что человечество прогрессирует; кто-то верит в то, что какая-то система философская истинная; кто-то верил в то, что у него благочестивая мама, или замечательный отец, или великая страна. Мало ли во что мы верим. И вот, в бреду этих убеждений, в конце концов, вставляется мысль о Боге: да, Бог есть, я верю в то, что Он существует, я верю в то, что Он какое-то отношение к жизни человека имеет. Вот это состояние своего рассудка – даже не ума – человек современный называет верой, хотя к вере подлинной, о которой говорит Писание и к которой призывает Христос, это не имеет никакого отношения вообще. Это всего лишь мировоззрение, убеждение, — да, но это – деятельность нашего рассудка, а не нашего духа, не состояние нашей воли, не состояние нашего внутреннего человека. О вере и надо думать в первую очередь и спросить себя: верующий я или не верующий? От того, что я верю, что Бог существует – это вовсе не значит, что я стал верующим, ибо и бесы веруют и трепещут, но христианами от этого не становятся. И поэтому, на самом деле, не состояние человеческого рассудка, а что-то иное требуется от человека. А что? Чтобы в это проникнуть, надо читать Священное Писание, хотя бы одну из книг Священного Писания, хотя бы Псалтирь, Евангелие, но хоть что-нибудь, что является Словом Божьим, которое и рождает в сердце человека веру. Ибо вера рождается от слышания. Если вы не читали Слова Божия, если вы не поучаетесь в нем постоянно, — с чего, вообще, вы решили, что вы – верующие? На каком основании? Если вы не слышите Слова Божия? Человек верующий поучается в Слове Божием постоянно, он им живет, он им питает свою веру. И с этого надо начинать человеку взращивать себя в вере.
Ведь был такой человек: Авраам. Ему явился Бог и сказал ему слово. И, повторяя это слово каждый день, Авраам стал верующим и стал отцом верующих людей, — отцом по вере, ибо он первый поверил Богу — и это вменилось ему в праведность. Если мы не верим словам Христа, — значит, мы никаким образом верующими не являемся. Или вот представим себе каждого из нас на молитве, но не на обычной молитве, которую мы читаем, или правильнее сказать, вычитываем по Молитвослову. А вот случилась у нас некая неприятность: заболел ребенок, понизили в должности, урезали зарплату. Каким-то образом, сегодня, сейчас нам нужна помощь нашего Бога. Мы тогда приходим к Нему и начинаем молиться: «Господи, исцели. Господи, дай мне денег, мне не на что жить. Господи, помоги мне, защити: меня хотят ограбить.» Вот в этот момент, если есть у кого опыт, приходит человек молиться, — и что он чувствует? Какие мысли входят в его голову? Самые простые: «Да кто я такой, чтобы Бог меня слушал? Да это все бесполезно, молиться бесполезно. Это только святые могут, а меня Бог не услышит. Я же человек никчемный, ничего не умею.» Или по-другому: «Господи, я каждый день в храм хожу. Я каждый день молитвы творю, я посты соблюдаю. Сделай мне то, что я у Тебя прошу.» Опять-таки, это – никакая ни вера. Мы хвастаемся своими делами и взываем к тому, что Бог должен нам помочь – просто обязан. Я же Ему делаю, и Он мне должен. Какая же это вера?
Вот и получается, что, когда мы действительно просим чего-то насущного, у нас нет веры. Именно тогда, когда с нами случается проблема, беда, и мы взываем к Богу, мы внутри собственного сердца находим: нет у нас веры. Нет, мы верим, что Бог может нам сделать — мы всегда в это верим – но мы сомневаемся в том, что Он хочет это сделать. Потому что, на самом деле, вера предполагает совершенную убежденность в том, что Бог не может, просто не может отказать просящему человеку. Если ребенок к вам пришел и просит у вас что-то, а вы – злые на него, то он своей просьбой, своим клянчанием, своими слезами выторгует у вас то, что ему надо, потому что вы его любите. Но мы никогда эти мысли не применим к Богу, хотя Он просит, чтобы мы применяли эти мысли к Нему, чтобы мы думали именно так. Он и говорит: «Есть ли такой отец, у которого сын просит хлеба, а отец подаст ему змею? Не бывает. Почему же вы думаете, что Я не исполню вашей просьбы? Почему вы в этом уверены? Потому что вы думаете, что Я – злой. Потому что вы думаете, что Я – суровый и строгий. Значит, вы считаете, что вы сами добрее Меня, ибо вы не откажете своим детям, но уверены, что Я отказываю Моим. Вы не верите, потому что убеждены, у вас в сознании живёт образ строгого, сурового, непреклонного, непоколебимого в Своей суровости Бога.» Ладно бы это были времена Ветхого Завета. Но вы-то – христиане. Вы стоите перед распятым Сыном Божьим. Вы носите на себе распятие. Вы причащаетесь Крови Христа и говорите: «Он – злой. Он ни за что не сделает мне добра. Он ни за что меня не услышит. Как же вы думаете о Боге? Как же вы представляете себе Того, Кто ради нас Сына Своего не пожалел?» Мы-то своих детей грешникам в руки не дадим. Наше сердце истощится в этом, оно станет каменным – да ни за что! А Он отдал ради нас Сына. А мы всё убеждены в том, что Он нас не любит. Мы не верим в Его любовь.
Не верим. Поэтому мы не можем ничего попросить. Поэтому мы не можем ничего добиться. Мы уверены, что Он не поможет. Легче какого-нибудь хулигана умолить, но только не Бога, легче проникнуть куда угодно, хоть к губернатору, хоть к президенту через черный ход и попросить его, но Бога просить бесполезно: Он сразу скажет: «Смотри, какие у тебя грехи, какая ты сволочь, негодяй, ты вообще не имеешь права тут стоять – пошел вон с глаз Моих!» — вот как мы думаем о Том, Который руки Свои распростер на кресте, чтобы нас обнять Своими окровавленными ладонями. Он умер за наши грехи не для того, чтобы осудить нас, а чтобы обнять нас, прижать к Себе, утешить своими кровавыми ранами.

И вот, когда человек начинает это постигать, когда он начинает это чувствовать – в нем и рождается вера. Она рождается, когда человек понимает: «Нет и не может быть никогда любви больше, чем имеет Бог к своему творению, к любому Своему творению, независимо от того, какие грехи делал человек. Нет на земле больше любви, чем имеет Бог к этому несчастному человеку. И хотя мы знаем о великих чудесах, случившихся и со спасшимися блудницами, и страшными разбойниками, бандитами, головорезами, совершенно никчемными, бессмысленными, пустыми людьми, которые были спасены Богом, — мы, тем не менее, продолжаем верить своим собственным мыслям: «Да нет. Да чтобы Бог мне помог? Да никогда! Да кто я такой?»
Да причем тут какие мы? Давайте посмотрим на то, какой у нас Бог, что Он еще сделал для нас! Как говорится в одной строчке Писания: «Есть ли ещё такой Бог, который сделал так много для людей, надеющихся на Него и Его любви не достойных?» Чем еще доказать Богу Свою любовь к каждому из нас? Что еще сделать, чтобы мы, наконец, поверили, что верующему всё возможно не потому, что Бог сильный, а потому что Он любит всех? Аминь.

Отправить пожертвование отцу Константину

Как это сделать