Проповедь иерея Константина Корепанова

Проповедь иерея Константина Корепанова, записанная на Божественной литургии в Свято-Троицком кафедральном соборе Екатеринбурга 28 июля 2026 года.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня вы слышали в Евангелии коротенькую историю человека, который не принадлежал народу Божьему, и Христа, Который пришел к людям, чтобы спасти грешников. Сотник приходит и говорит, что у него болен слуга, это очень дорогой, очень значимый для него человек. Сотник — это римский воин. Но он с уважением относится к Тому, Кого даже иудеи не считают Учителем, он как-то проникся, что это действительно необыкновенный Человек. А главное, потребность у сотника очень большая: ему дорог тот человек, он не знает, каким образом еще ему помочь. И поэтому он идет к этому Учителю и говорит: «Помоги, но идти в мой дом не надо. Я недостоин, я язычник, это смутит многих. Я поганый человек с вашей точки зрения, но Ты же можешь сказать слово, и исцелится мой человек, мой слуга, который мне дорог».

И Христос похвалил эту веру. Похвалил в глаза, в уши всех окружающих людей. Говорит: «Вот как нужно верить!»

А что такое вера? Как так верить? Вот как так верить, чтобы Христос сделал то, что мне от Него очень надо?

В таком случае наша вера в наших прошениях, в наших молитвах определяется, зависит от двух вещей, она может быть обусловлена и обусловливается двумя вещами, но ни об одной из этих вещей мы не знаем. Первое, чем созидается такая вера, — это, так назовем, — размышление.

Как и размышляет здесь сотник: «Ну я же говорю слуге идти, а он идет. Так я маленький человек, всего лишь сотник, не генерал, не полководец, а Ты вон какой сильный. Неужели Твое слово будет менее действенно, чем мое?» Это же просто рассуждение, но оно получило похвалу, как вера.

И каждый человек, называющий себя верующим и что-то ищущий от Бога, должен так рассуждать, на основании ли вещей этого мира, как сотник делает, или, еще лучше, на основании Священного Писания.

Вот неужели же у сотника слугу исцелили, а мою дочь не исцелит? Я ведь даже и не сотник, я ведь преданный Богу человек, я на Него надеюсь, неужели Он мне не поможет, как помог сотнику?

А вот там Петр по водам ходит, он же обыкновенный человек, не святой; через несколько месяцев он отречется от Христа, но он же ходит по водам, — значит, и я могу преодолеть то препятствие безбедственно.

И так на основании Ветхого ли Завета, Нового ли Завета, житий святых, всего, что окружает человека, человек может, рассуждая о том, что Бог есть любовь и Бог есть сила, — может утвердить себя в вере либо чтобы попросить чуда, исцеления или помощи, либо чтобы преодолеть скорбь, проблему, горе, которое на него свалилось. Человек в состоянии это делать, но он почему-то не размышляет. Он просто приходит и молится. Молится, и ему приходит мысль в голову: да ты же негодяй, да ты же грешник, да кто ж тебя послушает, ты посмотри на себя, урод ты этакий, да на что тебе надеяться-то? — Ну да, вроде, не на что.

И отходит человек со слезами и скорбью от Бога, так и не попросив-то толком. А ему бы нет чтоб возразить: «Ну да, я действительно негодяй, всегда таким был. Но мне сейчас нужна очень Твоя помощь. Ты ведь и блудницу простил. и Закхея мытаря помиловал, и разбойнику дверь в рай открыл, — мне тоже дай от благ Твоих, от щедрот, — никто грядущий к Тебе не отходил вон, — помоги мне!» И остался человек, и не отошел, и все дерзновение становится его молитвой, и он получит, как и сотник, просимое, потому что он верует, потому что он уверовал. Но мы — нет, мы не так, потому что почему-то мы не хотим размышлять о том, даст нам Господь или не даст. Ведь все Писание дано нам в назидание в вере, чтобы мы, видя подвиг святых, видя то, что они делали, подражали их вере и были бы непоколебимы в ней. И у нас достаточно у каждого сил, разума, и знания хоть чего-то в нашем мире, чтобы эту веру подкрепить.

И второй путь, которым утверждается вера, — гораздо более существенный. Он, хотя и не является так уж необходимым для того, чтобы воззвать к Господу, однако, для того, чтобы прожить жизнь с Ним, крайне необходим. И о нем сегодня говорит Апостольский отрывок — о том, что все мы, пришедшие ко Христу, должны подчинить себя Его заповедям, — как мы жили в подчиненнии заповедям, логике этого мира, злу, в котором лежит мир, лжи, которая живет в этом мире, мы подчиняли себя этому, мы делали то, что делают все. Мы добровольно служили кто — лжи, кто злу, кто насилию, кто жестокости, кто коварству, кто просто угождению себе, — то теперь, уверовав во Христа, считая Его своим Господом, Господом, Хозяином своей жизни, мы должны подчиниться Ему. И там, в этом отрывке апостол Павел так и говорит: мы рабы Божьи, — обращаясь к тем, которые говорят, что это слово невозможно отнести к христианину; мы рабы Божьи, потому что мы должны добровольно работать Ему, если Он наш Хозяин, подчинить себя Его воле.

Нам это неприятно, конечно. Мы хотим, чтобы Бог исполнял нашу волю. А для того, чтобы жить вечно, как и говорит сегодняшний Апостольский отрывок, есть только один путь – подчинить себя воле Божьей, заставить, принудить, перетерпеть неприятности этой воли, потому что она совершенно к нам не подходит.

Мы привыкли жить по своей воле, а надо заставить себя жить по Его, но главным условием этого является добровольность. Мы добровольно, сами должны подчинить себя Его воле, в первую очередь выраженной в Его заповедях — простить, помолиться за обижающих, не судить, быть кротким и смиренным, как Он призывает нас учиться у Него. И все мы это должны сделать добровольно.

«Я хочу, Господи, быть кротким. Помоги!»

«Я хочу простить всех. Помоги!» «Я хочу быть мирным. Дай мне этот мир!»

«Помоги мне!» Но это наше желание Бог не сделает без нас. Он не может, Он не посмеет, Он только стоит у дверей и стучит: «Открой, я помогу тебе, но позови!» Нет, мы сами из последних сил пыжимся и стараемся, как та лягушка, достичь размера святости огромной. Пыжимся, чтобы простить или полюбить, или стерпеть — сами, сами, своей силой.

А это невозможно. Ибо всяк человек ложь, и добра в нас нет. И если бы мы сами могли себя сделать святыми, зачем бы Христу умирать на кресте? Но мы не можем.

Мы, пытаясь исполнить Его заповеди, хотим стать рабами Божьими в том смысле, что мы работаем Ему, служим Ему, верными Ему являемся в исполнении Его воли. Чтобы это сделать, нужна Его помощь. Его сила, и Он уже ее нам дал. Ибо когда мы крестились, мы получили благодать Святого Духа, и мы не можем сказать «не могу». Ни один человек, верующий во Христа и крещеный, не может сказать «не могу», а только «не хочу». Не хочу.

Не можешь, конечно, не можешь. Не можешь полюбить этого негодяя? Нет, не можешь. Ты и сына своего не любишь. Не лги себе, но попроси. Попроси: «Дай мне любовь, Господи! Дай мне любовь к моему сыну, он меня бесит!» «Дай мне любовь к моей жене, она невыносима!» «Дай мне любовь к моему мужу, я не могу смотреть ему в глаза». «Дай мне любовь к моему начальнику, ибо он самодур, но я же — христианин. Дай мне эту любовь, напитай меня любовью!»

И вот молясь, плача, прося, приходя в Церковь, причащаясь Телу и Крови Иисуса Христа, то есть соединяясь с Богом, мы можем любить хоть кого — любого человека на этой земле мы можем любить, ибо Тот, Кто любит каждого, живет в нашем сердце. Но мы не хотим. Мы закрываем свое сердце: не буду любить! Вот всех буду, а его нет.

Но нам как-то неудобно сказать: «не хочу, Господи, любить его». Мы говорим: «не могу». Как же не можешь? Ведь Тот, Кто любит каждого, живет в тебе. Захоти, попроси, и у тебя будут силы его любить. Каждого. И поэтому, когда мы говорим: «я же не могу всех любить» — нет, можешь, человек. Ты христианин. В тебе живет Бог. В тебе живет благодать Святого Духа со времени крещения. Просто ты оправдываешь, как говорит Псалом, «непщуешь вины о гресех», оправдываешь сам себя немощью, — но ты отныне со Христом и во Христе, и все можно верующему, нужно только действительно захотеть и позвать Того, Кто может изменить наше сердце. Мы слышали житие Марии Египетской, что она могла. Она была хуже всех, кто здесь стоит в этом храме, но это не помешало ей и любить всех, и чистоту вместить, и по водам ходить, и на воздусех стоять, хотя она не ставила себе такой цели, она просто жила в Том, Кто может все это даровать любому человеку. В этом и состоит наша вера. Но мы изнемогаем, стоит только нам приступить хоть к одной заповеди, потому что мы эту заповедь и не пытаемся исполнить. Ну начнем с маленькой: не будем судить, не будем судить.

Да, говорят: мысли — куда я их дену? Не в мыслях, словом не будем судить, не произнесем ни одного осуждающего слова без всяких рассуждений о том, судить, рассудить, пересудить, — одно это то же или не одно, неважно. Ты просто начни не произносить никакого слова осуждения о другом человеке.

Не получается — проси прощения у Бога: «Господи, я опять оказался неверным. Я опять осудил, прости!» Плачь: «Прости меня, Господи. Прости. Я негодный раб. Я неверный раб. Я вообще не Тебе работаю, а себе!»

И снова идем и начинаем, пытаемся не судить. И когда мы через месяц и через два увидим, что вот прожили день, и хотя вокруг нас все призывали нас судить, мы ни на кого укоризненного слова не произнесли, и мы увидим, что вера стала больше, стала тверже. Она укрепляется тем, что мы живем по вере, ибо, как сказал апостол, — вера без дел мертва есть. Если не стараться своими силами заповеди Божьи исполнять, принуждая себя к их исполнению, но действительно постараться и не судить, и простить всех, разумеется, с молитвой к Господу, — то мы увидим, как вера наша крепнет, становится тверже и, в конце концов, становится той непоколебимой верой, которая открывает нам Царство Небесное, а по сути своей, сама и есть Царство Небесное. Аминь.»

Источник: https://vk.com/wall-156269624_13365