Читаем Ветхий Завет

Лекция 20.1. Закат Иудейского царства



Об истинном богоугождении

Сегодня мы заканчиваем разговор об истории израильского народа в период царств. Мы остановились на том, что Израильское царство было захвачено Ассирийской империей, город Самария уничтожен, весь народ уведен в плен, и на месте, где жили 10 колен израильского народа, стали жить иноплеменники. Спустя несколько веков их потомки будут называться самаритянами (самарянами).

А что же в это время происходило с Иудейским царством? Центром Иудейского царства был Иерусалим и, естественно, храм. Богослужение сохранялось, все священники, которые располагались в городах, отошедших к Израильскому царству, пришли в Иудею, и поэтому священников было много. Достаточно долгое время на территории Иудейского царства сохранялась благочестивая жизнь. Цари были в целом благочестивые, хотя ничем особенным не отличались, и мы повествование об их царствовании как бы пропускаем потому же, почему пропускает их и Священное Писание. Там о них почти не упоминается: о чем говорить, если все благополучно, люди чтут Бога, свершается воля Божия.

Однако мало-помалу цари Иудейские начинают не …уклоняться – уклонения как такового нет, происходит нечто другое – ослабление, как бы мы сейчас сказали, живой веры. Писание говорит: люди перестают надеяться на Бога, они верят, но на Него не уповают, как уповал Давид, как уповали те люди, которых Священное Писание называет праведниками, как уповали отцы израильского народа Авраам, Иаков. В этом отношении, конечно, наиболее характерен пример царя Ахаза. Но об это чуть позже.

Так вот, в Иудейском царстве все это время правят цари более или менее благочестивые, но о них говорится очень мало. Повествование, начинает, так сказать, нагнетать сюжет, акцентировать внимание на том, что происходит в Иудейском царстве тогда, когда там начинает свою деятельность один из величайших пророков Ветхого Завета Исаия. И до него были пророки, и после него, но Исаия особняком стоит в истории израильского народа, в истории Ветхого Завета вообще. Но это требует особого разговора. Он как историческое лицо действует и в Книгах Царств, высказывая свое отношение, свидетельства, обращенные к царям иудейским.

Раз есть пророки, причем такие яркие, как Исаия, есть и лжепророки. О них тоже более подробно говорится в книгах пророческих, но лжепророки в Иудейском царстве, во всяком случае, на страницах Священного Писания, появляются даже раньше, чем известные пророки. Упоминаются они в эпизоде с пророком Михеем, который не благословляет от лица Бога ходить войной на соседние государства. Лжепророков становится чем дальше, тем больше, тем весомей их пагубное влияние на народ, на общество израильское.

После падения Израильского царства серьезные внешние обстоятельства меняют историю и царства Иудейского. Так получилось, что закат Иудейского царства сопровождается правлением действительно незаурядных, великих в своем роде царей – по духовным способностям, по влиянию на народную жизнь. И на страницах Священного Писания подчеркивается их необыкновенная значимость. Это три царя: Иезекия, Манассия и Иосия.

Но мы начнем с эпизода, который произошел с царем Ахазом. Царь Ахаз приходится отцом царю Иезекии. Это ему пророк Исаия дал в знамении всем известное пророчество: се Дева во чреве примет и родит Сына, и нарекут имя Ему Эммануил. Так вот, Ахаз, зная о мощи Ассирийского царства, о том, что именно Ассирийское царство сокрушило Израильское царство, которое доживает последние дни, пишет письмо ассирийскому царю – просит помощи, называет себя рабом, слугой, сыном ассирийского владыки, и обращается к нему за помощью: приди и сокруши моих врагов. Что Ассирийский царь и делает. Сыну царя АхасаИезекии придется столкнуться уже самому с ассирийской угрозой, которую, по сути дела, навлек на себя его отец.

Так вот, когда ассирийский царь действительно помог царю иудейскому Ахазу, тот делает следующее: посылает верных людей в Ниневию, столицу Ассирии, чтобы сделать точный чертеж жертвенника, который стоит в храме ассирийского царя; точно по этому чертежу он у себя сооружает такой же, ставит его на место жертвенника Господня, который стоял в храме Иерусалимском и повелевает приносить на нем самые лучшие приношения. Он и жертвенник Господень не отменяет – просто, отодвинув его в сторону, сохраняет как дань традиции, но в то же время сам как царь дает санкцию совершать жертвы на новом жертвеннике.

Нет, по-прежнему жертва совершается Богу, никакого идола нет, но жертвенник-то иной, сделанный по образцу, который не заповедан Богом, а фактически языческого алтаря. Вот этот поступок на самом деле показателен, он открывает, чем живы иудейские цари того времени, хотя и сохраняется у них какая-то вера. То есть они сохраняют веру в Бога не в силу своего сердечного устремления к Нему, не в силу того, что они действительно уповают на Бога, а в силу того, что такова традиция. Но на самом деле их сердце далеко уже не занято мыслью о Боге и желанием Ему угождать.

В Священном Писании эта мысль очень популярна и цитируется она очень часто у святых отцов Церкви. Это мысль о том, что истинное богоугождение состоит именно в угождении сердечном. «Сыне, даждь Мне сердце твое», – говорит Священное Писание. Только там, где есть сердечное чувство, только там и есть место тому, что Священное Писание называет верой.

Нельзя служить Богу и мамоне

Для иудейских царей времен Ахаза вера становится просто предметом традиции. Она выхолащивается, вырождается, становится просто обрядом. А обряд фактически соблюдается не потому, что кто-то боится Бога или кто-то пытается чтить Его, а просто потому, что так привыкли и менять ничего не собираются.

Фактически это мирское обыденное мировоззрение, из него, собственно говоря, и вырастает языческое мировоззрение. Очень хорошо выразил эту мысль вельможа ассирийского царя Рапсак, который пришел на Иерусалим войной уже при Езекии и говорит: «Для войны нужны совет и сила, а не упование на Бога». Вот эта мысль и есть фундамент языческого мировоззрения, именно поэтому живуче языческое мировоззрение даже тогда, когда, казалось бы, нет идолов. Даже когда кругом стоят только храмы Божии и, кажется, никто другому богу не поклоняется, само языческое мировоззрение живет и провозглашает, что надо надеяться на свои силы, а не надеяться на Бога. Как говорится у нас в народе, «на Бога надейся, а сам не плошай». Мы все привыкли к этому высказыванию, но если задуматься, именно это – фундамент мирского мировоззрения.

Да, мы молимся Богу, ходим в храм, просим что-то у Него, участвуем в религиозной жизни, но на самом деле считаем, что для жизни нужны в первую очередь материальные блага. Могущество государства определяется тем же самым: сильная экономика, сильная армия. Мысль же Священного Писания постоянно обращает нас к другому – для того, чтобы было даже материальное изобилие, нужна действительно вера. Если будет материальное изобилие без того упования, которым снискал милость Божию царь Давид, тогда от богатства никакой пользы, никакой радости не будет ни в плане мирского бытия, ни, тем более, в плане вечной жизни, оно будет только в погибель. Когда же богатство дается Богом, потому что человек уповает на Него, оно не приведет человека к погибели и будет служить источником радости и для него, и для окружающих.

Не только в Ветхом Завете прослеживается связь между благочестивой жизнью с упованием на Бога и мирскими благами. Ведь и в Евангелии сказано: «Ищите прежде Царство Божие, а все остальное приложится вам», потому что Отец ваш знает, что вы имеете нужду во всем материальном, будь то одежда, пища, еще что-то. И Он не мерой дает то, что Он собирается дать, дары Его всегда преизобильны, и всегда больше, чем мы на самом деле могли бы себе пожелать. Но если нет упования, тогда те блага, которые человеку уже сейчас дает Бог, он не ценит, не может за них благодарить – на самом деле желает всегда чего-то иного, чем то, что дает ему Бог. То квартира ему не та, то машина не та, то денег мало, то работа не устраивает. Человек начинает роптать, хотя удовлетворить все страсти на самом деле невозможно.

А когда человек надеется на Бога и понимает, что все получает от руки Божией, тогда он всему рад и за все благодарит. Он понимает, что за все, данное Богом, он должен будет дать ответ – как он распорядился теми сокровищами, которые ему даны.

То же касается и государственной жизни. Только тогда, когда народ будет благочестив, только тогда и будет работать сильная армия и хорошая экономика. Ведь как бы ни было совершенно оружие, воюют все равно солдаты. А если солдат не готов умирать за свою Родину? Тогда Родину защитить будет невозможно. Всегда, во всяком случае, по отношению к народу Божию, народу богоносному, каким всегда считал себя русский народ, применимо вот такое соотношение. Мы воевали не столько качеством оружия, сколько доблестью и мужеством солдат, для которых ценности Родины и народа были выше, чем ценность собственной жизни или нынешнего устройства в этой жизни.

И эпизод с царем Ахазом, который ставит иной жертвенник, говорит, что и цари иудейские, и весь иудейский народ для приятия язычества уже созрели – они не на Бога надеются, а на мирское благополучие.

Вот это надо четко понимать, чтобы при чтении пророческих Книг нам было понятно, за что упрекают пророки еврейский народ, почему этот упрек так серьезен, почему требования пророческие так категоричны. Действительно нельзя, как потом Христос скажет, одновременно служить Богу и мамоне. Почему так сокрушительна кара, которую Господь посылает, уничтожая Иерусалим и храм Свой? Что вменяется народу в упрек? Именно то, что надежда на свои силы и на рычаги мирского управления фактически вытесняет собой упование на Бога.

А ведь всегда надо помнить, что, во всяком случае, по отношению к еврейскому народу это работает, и пророки им постоянно напоминают: «Вы не силой своей наследовали землю, вы не могуществом своим взяли эти города – она вам дана была, вы ее даром получили и удержать можете поэтому тоже даром, если только будете действительно почитать Бога и исполнять Его заповеди, как это делал Давид».

Вот в такой ситуации и приходится жить, и действовать последним царям Иудейским. Эти последние цари в своем роде достаточно велики и отличаются именно своей приверженностью Богу. Разберем их поподробнее.

Первый царь – Езекия. Он всем сердцем своим прилепился к Богу и надеется только на Него, считает, что отец сделал неправильно, отдавшись в подданство Ассирии. Он отложился от Ассирии, за что получает сразу же возмездие: ассирийское войско осаждает Иерусалим, и Езекия пытается откупиться золотом, серебром, взятым в храме Господнем, потому что других сокровищниц нет в Иерусалиме. Но это не принимается, царь Ассирийский, только что разгромивший Израильское царство, разграбивший Самарию, надеется то же самое сделать с Иерусалимом.

И вот такой достаточно интересный эпизод. Предводители войска и тот самый вельможа ассирийского царя выходят пред стены Иерусалима и начинают речь по-арамейски, чтобы понимали его люди, стоящие на стенах Иерусалима. Вельможа начинает им говорить, что все, что они делают, бессмысленно, пытается склонить город Иерусалим к сдаче. Но это речь успешного, уверенного в себе вельможи процветающего государства, завоевавшего всех соседей, со смиренным человеком, вся надежда которого – Господь.

На что надеяться?

Ассирийский царь смеется над верой Езекии, фактически говорит те же самые слова, которые некогда говорил Голиаф войску царя Саула – перед тем, как Давид поразил его. Он говорит: «Что толку в вашей надежде на Бога, чего вы хотите от этой веры? Она бессмысленна. Надо выбирать союзников, надо набирать армию, надо делать мощные укрепления, надо заводить колесницы. А на что надеетесь вы? На Господа? Но ведь это же смешно: где боги тех народов, которые я сокрушил? Все они брошены в печь, и ни один из них не защитил народ. Неужели ваш Господь сможет это сделать?»

Удивительно, Езекия – не Давид, но что он делает? Он не отвечает ему, более того, он запрещает и народу вступать в спор. Он раздирает одежды свои, налагает на себя пост, посыпает голову пеплом, смиряется, насколько может, и в этом виде, на глазах всего народа, идет в храм и приносит жертвы, обращается к Богу со своей личной молитвой. На свою личную молитву не надеется и посылает человека к пророку Исаие с просьбой: «помолись за меня и за народ – мы ничего не сделали противного Богу, мы надеемся на Него, а этот человек смеется над нашим упованием, над нашей верой, и что нам делать теперь?» И пророк Исаия приходит и свидетельствует, что от этого войска, которое ныне угрожает, ничего не останется. И действительно, приходит ангел смерти, и в одну ночь 175 000 войска ассирийского пало мертвыми без всякого действия человеческого…

Отправить пожертвование отцу Константину

Как это сделать