Исцелить волю: проповедь о расслабленном

Проповедь священника Константина Корепанова на Божественной литургии в Свято-Троицком соборе Екатеринбурга в Неделю 4-ю по Пасхе, о расслабленном.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня – Неделя о расслабленном, и читается Евангелие, в котором повествуется о том, как Христос исцелил некоего расслабленного человека, человека, который не мог сам принести свое тело к исцеляющей купели. Можно было исцелиться, – но для того, чтобы исцелиться, надо было первым дойти, добежать до купели. А он был расслаблен, парализован частично, может быть, полностью парализован, и только саркастически говорит: «Человека не имам, который бы принес меня туда, – сам я не успеваю дойти». Так что он не мог адекватно двигаться, шевелить своим телом, – вот его исцеляет Христос.

И Церковь в этом исцелении расслабленного человека видит каждого человека, потому что расслабленность тела – это, в общем-то, явление понятное, знакомое, известное нам, и мы встречали в своей жизни людей, которые были расслаблены телом. Но Церковь говорит: ведь дело не только в теле, гораздо опаснее, гораздо важнее, когда расслаблена душа человеческая, когда весь человек расслаблен, когда воля его расслаблена, и он не может ничего сделать из того, что́ делать должен, из того, что́ делать необходимо. Человек расслаблен, тело-то вроде у него движется, и он может им владеть адекватно, — но что-то происходит с душой, и волевая способность души не в состоянии подвигнуть человека на совершение некоторых очень важных дел.

И как исцелил Христос расслабленного телом человека, так должно исцелить каждого человека, расслабленного душой, то есть не имеющего воли к совершению того, что́ есть хорошо, того, что́ должно, того, что́ необходимо. И в этом смысле каждый человек может считать и должен считать себя расслабленным человеком, и эти слова, и этот образ, и этот тропарь: «душу мою расслабленную, воздвигни, Господи», каждый может отнести к себе.

Но вот что́ интересно: ведь, на самом-то деле, хотя, конечно, расслабленных душой человеков очень и очень много, и с каждым десятилетием становится все больше и больше, люди не могут уже делать ничего из тех вещей, которые делали тысячелетиями, – не могут рожать и воспитывать детей, не могут ходить на работу, не могут возделывать огород, много чего не могут – защищать не могут ни мать, ни жену, ни Родину. Расслабленными люди стали, и их все больше и больше. Но ведь есть люди, которые, вроде бы и нельзя сказать, что они расслаблены, – на работу ходят, ходят вовремя, ходят всю жизнь, работают даже тогда, когда можно не работать. Вроде и пенсия уже пришла, а человек идёт на работу. Это молодежь говорит: я не могу проснуться. Что это такое? «Сейчас всего-то в 12 часов дня, – а ты меня будишь!» . А эти встают в 6 часов, в 7 часов и бегут на работу. Значит, не расслаблена у них воля. Они могут подвигнуть себя на работу. Правда, они люди другого поколения, они в другое время воспитывались, но не это сейчас важно. Важно, что вроде бы воля-то у них нормальная, твердая, крепкая, и на работу ходят, и с внуками нянчатся, и огороды возделывают, много чего делают. Получается же у людей поднять себя на многие важные дела.

Но есть ведь дела, которые не от мира сего, которые душа должна делать так же, как ходить на работу. Например, молиться. Ведь это – естественное свойство человеческой души, так же, как говорить или думать, так же, как дышать. Человек должен молиться так, как он дышит. Это – естественное свойство души человеческой, но человек молиться не может и не хочет. Совершать добро, милостыню, миловать людей тоже необходимо и тоже в своем роде естественное свойство человека, но человек этого не может сделать. Каждая милостыня требует усилий человеческих. Каждый раз, когда человеку говорят: «помоги мне», от него требуется усилие, чтобы помочь другому человеку. Или хождение в храм по воскресеньям, – уж чего проще, – но требуется воля человека.

Человек говорит: «Не могу я, не могу прийти на исповедь, не могу причаститься, не могу войти в Церковь, я знаю, что должен, не могу. Всё время что-то мешает, что-то отвлекает, вроде ничего нет, но я так устал, что не могу поднять себя. Нет, если позвонит товарищ и скажет, попал в аварию, помоги, – я вскочу и побегу, но в храм не могу. Если мне товарищ позвонит и скажет: дай мне сто тысяч займы, я, конечно, дам, и даже ничто не вздрогнет моей душе, но если, с моей точки зрения, неказистый, никчемный человек попросит у меня тысячу, я не смогу дать. Моя рука не повинуется мне, вся душа моя протестует против того, чтобы оказать ему милостыню».

И каждый человек, по идее, должен это знать, должен это испытать в своей жизни, понять, что на самом-то деле он – расслабленный. Его воля, в общем-то, во всех остальных вещах достаточно нормальная, адекватная, вдруг оказывается не способна совершить то, что требует заповедь Иисуса Христа. Всего-то надо подвигнуть себя и сделать, – а не могу.

Почему не могу? Потому что расслабленная воля моя не способна совершать того, что́ требует от меня Христос. То, что требует начальник – могу. То, что́ требует любовница – могу. А то, что требует жена – не могу. А то, что требует любимый сын – с радостью; а нелюбимый – не могу. То, что́ говорит сделать настоятель, бегу наперегонки с ветром; то, что просит сделать муж – да не шибко-то и разбежалась.

И так всё в нашей жизни: к одному, настоящему, подлинному, тому, что́ требует Христос, воля наша немощна, а к другим делам, в общем-то, и не так уж и немощна. Что же происходит с нашей волей? Она больна. Она – самая больная часть нашей души. Конечно, и сердце у нас мёртвое и больное, и ум больной, – но и воля. То, чем мы совершаем заповеди, то, чем мы совершаем дела Божьи, у нас неисцельно больно. И Христос пришел исцелить нас, и Он исцеляет нас. И если бы мы это исцеление приняли, мы поняли бы, какое счастье быть христианином.

Если бы мы крестились сознательно, если бы мы перед тем, как креститься, знали, что́ с нами происходит в крещении, и знали бы не только основы веры, но и основы духовной жизни до того, как покреститься, знали бы, что́ от нас ждет Христос, и хотели бы это исполнить – то в купели воля бы наша исцелилась, и нам было бы легко делать то, что́ и делали святые первых времен. Но мы крестились, отмахнувшись от всего, – от батюшки, от книг, от Евангелия, от Библии – «Да не нужно нам это всё! Нам нужно сейчас вот крестить себя и своих детей!» Покрестились, ничего не зная, ни к чему не готовясь, и поэтому разрушили тот дар исцеления, который дал нам Христос в купели. Мы разрушили, как и этот расслабленный и предупреждает его Христос: «Се, здрав еси, ктому не согрешай».

Мы все получили исцеление в купели даром, без всякого труда, но все, поскольку они не трудились и получили даром, разрушили его, бросили дар целостности, дар здоровой воли, снова бросили на попрание сам мира сего грехам и страстям. И вот пришли в церковь спустя 10-20 лет, 30 лет после крещения и расслаблены, но купели уже нет. Мы уже свой шанс использовали, и теперь нужно покаяние для того, чтобы, постоянно ввергая себя в пучину милосердия Божьего, исцелить свою волю. Нужны Таинства и покаяние, молитва, плач, сокрушение и покаяние.

Вот захотел я сделать то, что велит мне Христос. То, что велю себе я сам, я легко сделаю. А вот то, что́ велит Христос, – трудно. Я должен сделать. А мне невозможно, немощен я, не могу. И тогда я начинаю молиться: «Господи, помоги, Господи, помоги!» – не просто так шёпотом, – а всем своим сердцем. «Помоги, Господи, я не могу исполнить то, что́ должен. У меня нет на это сил, у меня нет на это воли, да я даже и помолиться-то не могу, потому что я расслабленный. Дай мне молитву, Господи!»

Я начинаю стенать и стонать, плакать, взывать к Богу, чтобы Он пришел и исцелил меня, – в конце концов, осознав, что я сам во всем виноват, ибо дар крещенской благодати я отверг, осквернил, разрушил мои отношения с Богом и сам теперь вынужден мучиться и с трудом добывать себе целостность, исцеление. Потому мы все такие, а потому всем нужен подвиг покаяния, всем нужен подвиг взывания, обращения к Богу по каждому делу, сознаваемому нами как должное.

Люди почему-то думают, что вот, пришёл в Церковь, – и сейчас всё мне будет легко. Легко будет молиться, легко поститься, легко улыбаться, легко обниматься, легко милостыни творить, легко любить всех. Нет. Душа-то наша расслабилась. Мы привыкли жить по своим прихотям. Воля наша привыкла угождать себе, а не Богу, не другому человеку. И поэтому нужен постоянный подвиг, и Христос говорит, что Царство Божье нудится, и нужницы, то есть те, кто принуждают себя, достигают его. Но само это исцеление воли происходит, если мы всегда побуждаем себя и молитвенно взываем о помощи к тому, чтобы исполнить заповедь Христову и каемся, когда не исполнили заповедь Христову. «Господи опять я поступил так, как я хочу, а не так, как Ты хочешь!» И идём и причащаемся здесь, у чаши, как сейчас это будет, говорим: «Господи, я согрешил. Я грешник окаянный, и Твою волю не могу творить. Я хочу жить под себя, для себя, ради себя. Я расслаблен до самой крайней степени. Исцели мою волю, исцели мою душу, сделай меня способным желать, способным творить, способным любить Твою волю!» Аминь.

Записала Елена Плотникова.

Аудиозапись: disk.yandex.ru/d/ZyHxNXMX

_____________________________

#проповедь@korepanov_site #оКонстантинКорепанов #священникКонстантинКорепанов #КонстантинКорепанов

Источник: https://vk.com/wall-156269624_12859