Книга пророка Осии: свидетельство о любви Божией

Новый выпуск: Читаем Ветхий Завет. «Книга пророка Осии. Свидетельство о любви Божией». Выпуск от 15 июля 2025 г. Мы продолжаем читать Книгу пророка Осии, и остановились мы на второй главе. Я напомню последний стих этой второй главы: «И посею ее для Себя на земле, и помилую Непомилованную, и скажу не Моему народу: „ты Мой народ“, а он скажет: „Ты мой Бог!“». Вообще, эти выражения интересны, над ними стоит подумать. О чем это свидетельство?

«Ты Мой народ». Собственность или единство? Само выражение «ты мой» очень, в какой-то степени, популярно, известно в культурном пространстве современной эпохи. Что может значить это выражение? Скажем, первая часть этой фразы: «скажу не Моему народу: „ты Мой народ“». Учитывая, как мы в прошлый раз говорили, что этот «Мой народ» есть невеста Агнца, невеста Христова, Церковь, вот сказать «Мой народ»… Можно ведь про кого-то, «мой народ», сказать по-разному. Скажем, вот выражение «моя жена». Что значит «моя жена»? «Моя жена», потому что я — хозяин, и она мне принадлежит наравне со всеми прочими вещами, которыми, как мне кажется, я владею? Есть такой образ из советского кино, где зарвавшийся мужик кулаком показывает, какую власть он имеет над своей женой: «Что скажу, то и сделает». А можно сказать так, как сказал Адам, увидев свою жену: «Се плоть от плоти моей и кость от костей моих». Вот, собственно, это и означает слово «жена». Можно сказать в категории притяжательности, можно сказать в категории собственности. Можно сказать с удивлением, можно сказать с восхищением. И всё это будут разные слова, которые показывают разные отношения к тому, что мы хотим сказать, когда говорим «моя жена». Это разные отношения. Это не просто слова одни и те же, но то, с какой интонацией, с каким выражением, с каким значением мы произносим эти слова, — от этого зависит очень многое.

И вот в отношении слов, которые сказал Адам. Ведь она действительно взята: жена — это та, что взята от мужа, это часть его самого. Слова, которые муж, Адам, говорит про свою жену, что «это моя плоть, это моя кровь», говорят о том, что он узнаёт её как взятую от него самого. Главное — это момент узнавания. Он никогда её не видел, но всё его существо свидетельствует, что это продолжение меня самого, это то, что от меня взято. В ней живёт моё естество, она действительно моя, потому что от меня взята. Это узнавание. И с этой точки зрения это очень сродни тому, что говорит Христос в отношении Своих овец: «Мои овцы узнают Меня, узнают голос, потому что они Мои».

Быть, принадлежать Богу, принадлежать Христу, быть Его — это значит узнать в Нём своего Пастыря, своего Бога, своего Жениха. Это — узнать сродственность природы. И в отношении ко Христу это особенно актуально, потому что у нас-то ведь тоже одно тело, мы плоть от плоти Его и кровь от крови Его. Мы действительно Ему принадлежим, потому мы Его народ. Не потому что Он нас завербовал или, скажем, как-то там клеймо на нас поставил, а потому что мы действительно плоть от плоти и кровь от крови. Он узнал в нас Своих, мы узнали в Нем своего Бога. Это не знак собственности, потому что собственность сегодня мне принадлежит, а завтра может быть от меня отчуждена. Она не войдет со мной в Царство Божие, она не войдет со мной за порог смерти. Она просто может быть отнята, она может быть уничтожена, я могу её потерять. Собственнические отношения всегда конечные и не сущностные. А отношения мужа и жены — это сущностные отношения, у них одна сущность, и её нельзя разлучить. Даже если люди, скажем, кто-то из супругов умирает, между ними какое-то расстояние, всё равно жена остаётся женой, а муж остаётся мужем.

«Мой-ственность» в данном контексте обозначает именно единство, когда это единство узнаётся. И Богом — Он узнаёт в нас продолжение Своей плоти, осуществление Своей воли. И мы узнаём тоже. Можно сказать «ты мой» по-разному. В отношении, скажем, супругов человеческих можно сказать «ты мой» в контексте «я тебя никому не отдам», а можно сказать «ты мой, поэтому я тебя никогда не брошу». Это одно и то же выражение, одна и та же фраза, казалось бы, одна и та же реальность — «ты мой», но разные отношения кроются за тем, как произносит человек эти слова, что он в них вкладывает, с каким, в каком контексте он их произносит, с какой интонацией произносит, с каким состоянием сердца, интонацией уст и горением глаз он говорит. Пылая гневом и страстью, как это мы часто слышим в словах ревности или зависти, растревоженного, больного человеческого сердца, которое готово лучше убить и себя, и другого, но чтобы другой никому не достался. А может быть совершенно другое, когда человек свободно идёт за другим человеком в любой скорби, в любой беде, даже в предательстве, оставаясь верным: «Я тебя никому не отдам, потому что ты мой, только я знаю, как тебе помочь, только я у тебя есть, тебе больше на самом деле никто не окажет такой любви и милости, как я».

«Ты мой Бог». Что означают эти слова, сказанные жизнью? Или вот мы говорим… Конечно, не говорим на самом деле, никогда не говорим практически — я таких слов за долгую свою жизнь в Церкви, наверное, пару раз и слышал — мы не говорим: «Ты мой Бог». Должны сказать, но мы не говорим. А если и говорим, вот произнесём про себя или тихонечко вслух это слово: «Ты мой Бог», — и что мы чувствуем? Мы чувствуем ли мы так, как произносим? Ведь что это значит сказать: «Ты мой Бог»? Это значит: «Я пойду за Тобой, куда бы Ты ни пошёл, я Тобой восхищён, я Тобой удивлён. Твоя удивительная забота, сила, любовь и милость, явленные в моей жизни, превосходят моё понимание. Ты воистину мой Бог, потому что вся моя жизнь перед Твоими глазами, и вся она такая, какая есть, только потому, что Ты обратил на меня внимание. И Ты пас меня, и Ты спасал меня, и Ты животворил меня. Всё, что я умею, Ты дал мне. Ты — источник всего доброго, что есть во мне, и нет во мне совершенно ничего, кроме собственного греха, немощи, неверия, малодушия. Всё, что есть хоть мало-мальски пригодное к жизни, всё это дано Тобой — либо непосредственно, либо через кого-то. Но Твоя забота есть вся моя жизнь, такая, какая она есть. Это всё Ты сделал, поэтому Ты — мой Бог. И если потребуется, я умру за Тебя».

Вот такой большой, может быть, даже невместимый, неохватный контекст у этих слов. Что мы должны чувствовать, когда могли бы сказать Богу: «Ты мой Бог»? Ну да, помечтать можно. Эти слова могут нас затронуть, благодать или умиление коснётся сердца. Но на самом-то деле мы постоянно от Него отрекаемся и словом, и делом. Малейшее «не так»: усталость, чья-то обида, нехватка средств, нехватка сил, чьё-то злое слово, какая-то скорбь, какая-то боль, какой-то страх, что-то, не входящее в мои планы, — и мы сразу капризничаем: «Ну где Ты?», «Ну почему Ты?», «Я-то думал, а Ты…». То есть на самом деле по наитию, по какому-то порыву — не будем разбираться по какому — мы можем, конечно, прошептать: «Ты мой Бог». Но эти слова нужно сказать жизнью.

Эти слова, сказанные жизнью, будут означать, что каждое мгновение, даже на кресте, как это сделал Христос, даже где-нибудь во тьме ГУЛАГа, в какой-нибудь пропасти земной, в плену или на костре, в онкологической больнице, где-нибудь там, в реабилитационном центре, в приюте, в паллиативном центре — где-то в самых низших, страшных, болезненных точках бытия, человек говорит: «Ты мой Бог. Всё, что сейчас я переживаю, даже та боль, которая у меня есть, посылается Тобой, чтобы я выпил чашу, которую Ты мне даёшь. Выпил её, потому что Ты — мой Бог и можешь дать мне только добро». Даже если это чаша страха или боли, смерти — не моей, а чьей-то, очень дорогого человека, — какое-то страдание, я знаю и исповедую, я верю и вижу, что рука, которая подносит мне это, — это Твоя рука, потому что Ты — мой Бог. И никто не может оторвать меня от Твоей заботы никогда в жизни, и никто не может оторвать меня от Твоей любви никогда. Как пишет апостол Павел: «Что отлучит нас от любви Божией?». Вот когда такое состояние, то есть такое исповедание в самом страшном, в самом «минусе», на самом дне человеческого бытия человек ощущает и произносит, тогда действительно его слова оплачены жизнью. Он знает, а не только верит, что Господь Христос есть его Бог.

Христианство как личный опыт Богообщения, а не религия. И вот про такое состояние говорит это пророчество Книги пророка Осии в завершении второй главы. Все эти слова, в сущности, об одном. И все эти размышления об одном, и это свидетельство к окончанию второй главы — об одном всегда, об одном и том же: о личных, неформализованных, неформальных отношениях с Богом. «Я и Ты». Это всегда так, и никаких других отношений с Богом быть не может. И в этом смысле христианство — не религия. Христианство есть всегда опыт личного богообщения. Не только личного общения, потому что всегда это совершается в Церкви, в семье таких же братьев и сестер. И всегда заповедь о любви к Богу коррелируется и проверяется такой же личной любовью к каждому человеку, лицом к лицу.

Но это всегда неформально. Не просто я поклоняюсь какому-то неведомому Богу. Я стою перед лицом Того, Кто знает меня и открывает мне Себя, изливая на меня Свою совершенно личную любовь, касающуюся лично меня, — точно так же, как Он изливает эту любовь лично на каждого человека, с которым вступает в общение. Это всегда личное общение лицом к лицу в благодати Святого Духа. И поэтому важно выйти за предел формализованных отношений.

Как в книге Иова рассматриваются, косвенно сравниваются отношения с Богом Иова и отношения с Богом трех его друзей. И Иов праведен, и его друзья праведники. Но Иов страдает от того, что не может понять, что произошло в его отношениях с Богом. А его друзья даже не понимают, о чем он говорит. «Мне без разницы, что я страдаю, — говорит Иов, — это не так важно. Важно, куда Он делся, почему я не ощущаю Его любовь, почему я не чувствую Его присутствие в своей жизни? Ну и что, что мне плохо, ну и что, что нет у меня детей, или дома, или скота, или ещё чего-либо? Почему Он от меня отошел?» «Боже мой, Боже мой! для чего Ты оставил меня?» — говорит псалом. Вот эти личные отношения, этот личный плач, они, друзья Иова, даже не чувствуют. Для них просто: делай, соблюдай определенные правила, соблюдай определенные дела, и все тебе будет дано от Бога. А какие у тебя отношения с Ним? Да какая разница! Главное, что я исполняю то, что Он требует, а надеюсь получить то, что мне необходимо. То есть отношения такие, договорные. И они не могут понять Иова, в конце концов доходят до каких-то страшных, просто зверских обвинений, потому что они не понимают плача Иова, они не понимают его сокрушения, они не понимают его страдания. Вот эти фарисейские отношения — это и есть отношения формализованные, где человек исполняет то, что считает правильным, то, что он считает хорошим. Все религии мира основаны на этих отношениях, о том, что человек исполняет то, что считает себе предписанным, и делает для того, чтобы быть правильным. За эту правильность он надеется что-то получить от Бога, в этой жизни или в той жизни, неважно. Все живут так. Только верующих людей — собственно, христиане и люди Ветхого Завета, как мы видим это у Авраама, или пророков, или Давида, читая Псалтирь, — всегда заботят личные отношения, где дорого не то, что Бог может дать человеку, а само отношение с Ним.

Формальные и личные отношения в семье как образ отношений с Богом. Это очень ярко видно в обычной семейной жизни всякого человека. Отношения с женой могут быть формализованными, формальными, а могут быть личными. Она готовит, она стирает, она гладит, она исполняет всё, что надо. Он делает всё, что надо. И они могут сосуществовать достаточно хорошо и даже производить впечатление вполне благополучной семьи, однако между ними нет личных отношений, они не любят друг друга. То же самое видно в отношениях к детям. Что важно ребенку: подарок, который я ему принес, или любовь, с которой я на него смотрю? Подарок есть опосредованная любовь, да, но именно он принимает это как просто подарок, приятность для себя, или видит в этом любовь и, переводя глаза с машинки или планшета на мои глаза, смотрит в меня пристально и понимает, какой же у него отец или какая у него мать, и благодарит не за подарок, а за любовь.

«Полюби женщину прелюбодействующую». Непостижимая нежность любви Божией. В третьей, коротенькой главе, совсем немножко: «И сказал мне Господь: „иди еще и полюби женщину, любимую мужем, но прелюбодействующую“, подобно тому, как любит Господь сынов Израилевых, а они обращаются к другим богам и любят виноградные лепешки их». Вот об этом речь. Любовь мужа к прелюбодействующей жене — это образец, образчик того, как любит Бог человека, образец Его верности. Как же мы мыслим себе Бога? Вы представляете, ведь каждый может представить, каково любить — именно любить, не терпеть, «куда деваться-то, надо жить», а именно любить изменяющую ему жену? Я не могу себе такого представить. Но Бог так относится к нам.

Мы постоянно на Него ропщем, мы постоянно Им недовольны, мы постоянно делаем то, что Он запретил, мы не слушаемся Его, не верим Ему. Мы постоянно взбрыкиваем, мы постоянно кричим на Него, ссоримся. А Он только и делает, что протягивает руки и говорит: «Потерпи, сынок, потерпи, дочка, еще немножко, вот там будет хорошо. Давай еще два шага сделаем. Я понимаю, что тебе плохо, я понимаю, что ты устал, я понимаю, что ты Меня не любишь. Но зато Я тебя люблю, и Я знаю, что тебя ждет, если ты не сможешь изменить свое сердце. Я прошу, потерпи еще немножко, вот за тем поворотом будет лучше. Видишь, уже лучше! Да, тебе больно, но ты поняла, что на самом деле тебя кто-то любит, кому-то ты нужна, кто-то тобой дорожит». Вы представляете, какая нежность! Не просто терпение, сжав зубы. Какое нежное это терпение Бога к каждому человеку, какая непостижимая нежность в Его терпении, какое непостижимое долготерпение в Его любви, какое удивительное снисхождение — больше, чем отца к сыну, — в Его внимании ко всем нашим капризам, просьбам и тому подобному. Как же мы можем мыслить Бога как начальника, когда Он просто любит нас с величайшей нежностью?

Адрес статьи: vk.com/@korepanov_site-knig
Аудиозаписи к разделу «Книга пророка Осии»: disk.yandex.ru/d/ge_4Cc5c
Аудиозаписи с выпусками передач «Читаем Ветхий Завет»: disk.yandex.ru/d/FviM8T0w
Поддержать телеканал «Союз»: tv-soyuz.ru/aboutchann

Источник: https://vk.com/wall-156269624_10396