Что воздам Господу за всё? Апостольское свидетельство

Фрагмент беседы священника Константина Корепанова в Успенском соборе Екатеринбурга на тему «Апостольское свидетельство» от 22 декабря 2022 года.

Что воздам Господу за всё? О желании искупить свой грех, загладить свою вину. Что не так с этим желанием с точки зрения православного вероучения? Как это соотносится с Крестной жертвой Господа нашего Иисуса Христа? Могла ли преподобная Мария Египетская искупить свои грехи, живя в пустыне? Что всё-таки нужно сделать, чтобы загладить свои грехи и примириться с Богом? А что потом, после примирения с Ним?

У людей часто есть желание искупить свои грехи. Вот они нагрешили, и им хочется грехи свои искупить. Это желание настолько естественное, настолько религиозно понятное, настолько такое направление мысли близко каждому верующему человеку, что никто в этом ничего плохого и ненормального не усматривает. Каждый хочет чем-то искупить свой грех. Иногда люди выражают свою мысль другими словами, но чаще всего они используют именно эти: «Я хочу искупить свой грех». Или они говорят уж совсем юридически: «Я хочу искупить свою вину». Причём, чаще всего это не вызвано какими-то очень серьёзными преступлениями, а касается нашего отношения к близким, особенно, когда этих близких уже с нами нет. У людей возникает какой-то вроде бы естественный и понятный комплекс вины. Иногда они придумывают эту свою вину, а иногда она действительно есть. И им хочется как-то эту вину загладить, добиться какого-то умиротворения, успокоения совести.

Люди не понимают, насколько выражение «искупить свой грех» или «искупить свою вину» ненормально звучит в христианской среде. Ведь мы поклоняемся Искупителю нашему, исповедуем искупление наших грехов Господом Иисусом Христом. То есть, сама мысль о том, что «я хочу искупить свой грех», аннулирует в сознании этого человека искупление, которое даруется ему Богом. И человек никак не может понять, что если он верует во Христа, то мысли об искуплении своих грехов собственными усилиями не должно быть в его голове. Никак не может она там поместиться, потому что один из главных христианских вероучительных догматов говорит об искуплении, совершённом для нас Иисусом Христом. Об Искуплении много написано у пророка Исаии, об этом говорится и в Посланиях апостольских. Если мне надо искупать свои грехи, тогда зачем Христос висит на Кресте? Зачем? Если мой грех надо как-то загладить, тогда Его-то смерть зачем нужна? Тогда надо просто всех направить на искупление собственных грехов, – неважно, возможно это или невозможно в данном случае. Логика действенности «самоискупления» должна была бы направить каждого на то, чтобы он искупал свои грехи, – однако, ведь вместо этого нас направляют ко Христу: иди ко Христу, причащайся Христу, веруй во Христа, что Он – Искупитель твой, что Он искупает твои грехи.

Если ты сам хочешь искупить свои грехи, то ты обречен с самого начала. Люди часто не понимают этого. Желание загладить свои грехи – это очень религиозно понятная черта человеческой души, религиозно оправданная. Когда человек признаёт, что есть Бог, и осознаёт, что у него есть какая-то вина перед Богом, есть какой-то грех, он хочет этот грех загладить. Это нормально, но это не имеет никакого отношения к христианству. Для мусульманина, для иудея, для язычника, для любого человека, любой религиозной традиции это – нормальное состояние. Только не для христианина, потому что христианин – это тот, кто верит, что его грехи искупаются Богом, Который стал Человеком, искупаются Иисусом Христом.

Не понимая этого, люди говорят: «Ну как же вот Мария Египетская: она же всю жизнь прожила в пустыне, чтобы искупить свои грехи!» Нет, она прожила в пустыне вовсе не для того, чтобы искупить свои грехи. Она прожила в пустыне, чтобы достигнуть совершенства, чтобы совершенно победить грех, чтобы показать, чтó может сделать грешный человек, когда его касается благодать Святаго Духа: совершенно изжить грех в себе и достичь совершенной святости. А прощение она получила сразу же, как только прикоснулась ко Кресту Христову. Об этом и говорится в Житии: тайну своего спасения она познала там, у Креста Господа Иисуса Христа. В то время это был ещё тот самый натуральный крест, на котором был распят Христос (не распиленный, не разрезанный). Но если вы предполагаете, что она искупила свои грехи, – то как она это сделала? То есть, вы предполагаете, что она загладила свои грехи? Чем? Тем, что жила в пустыне? А как же там сотни совращенных ею людей? Каким образом она их вернула на стезю целомудрия? Каким образом она примирилась с ними, – ведь они были ею развращены на Святом месте! Как она с ними примирилась? Как она могла бы их всех найти и хотя бы у всех у них попросить прощения? А если она не попросила прощения у них у всех, если она не вернула их в то состояние, из которого она их вырвала, то как же тогда может произойти искупление? Ведь только за время плавания десятки людей были ею совращены. В Иерусалиме сколько людей было ею совращено! А за всю её жизнь! Понимаете? То есть, если бы она попыталась принести искупление, то не могла бы это сделать. Она не искупление приносила в пустыне, она изменяла свою природу во Христе, преображала свою природу.

Такое вот непонимание существует у людей. Часто, когда до человека доходит, что искупить ничего нельзя, он впадает в депрессию, в отчаяние. Эта депрессия показывает, что человек хочет сделать что-то такое, что гарантировало бы нормальное отношение к нему в будущей жизни, – сделать, чтобы как бы получить роспись: «Да, все твои грехи прощены» – и всё, больше к нему никаких претензий нет. Это примерно так, как мы из банка берём бумагу о том, что мы кредит погасили. Берем и спрашиваем: «Вы теперь ко мне не имеете никаких претензий?»

– Нет.

– Отлично.

Такую же бумагу мы хотим получить от Бога. В сущности, мы хотим получить индульгенцию. Нам очень нужно, чтобы нам кто-то выпустил индульгенцию и сказал: «Да, ты прощен, никаких больше претензий к тебе Господь не имеет». Вот такую бумагу мы хотим получить, но её нам никто не выдает. Мы переживаем: «Ну дайте мне такую бумагу, ну скажите, сколько мне прочитать канонов, сколько положить поклонов, сколько милостыни подать? Ну чем мне загладить сделанные мною грехи?» Священник разводит руками, говорит: «Я не знаю, чем. Надо просто поверить». Но как поверить? Это же получается какая-то субъективность: то есть, если я верю, что мне все прощено, значит, и на самом деле прощено, – так что ли? Как-то это очень несерьёзно. Мне надо, чтобы было подписано на гербовой бумаге – желательно самим Христом, – что Он больше ко мне никаких претензий не имеет. Это очень нормальная религиозная потребность, но веры здесь нет.

Послушаем третий стих 115-го псалма. В нем псалмопевец от лица всякого такого религиозного человека с устойчивыми религиозными потребностями вопрошает: «Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми?». Что воздам? Что мне дать Тебе, Господи? Что? Какую мне жертву принести? Какое мне доброе дело сделать, чтобы примириться с Тобой, чтобы раздракониться, чтобы почувствовать мир Твой? Что я должен сделать? И отвечает псалмопевец Духом Святым: «Чашу спасения прииму и имя Господне призову». То есть, ничего не надо делать, ты просто приими то спасение, которое Он тебе дает, и призывай имя Господне всякое время, всякий час. Призывай Его с просьбой о помощи или с криком о помощи, а лучше – с благодарностью на всякое время и на всякий час.

Но как же тяжело эта мысль псалмопевца, эта мысль Священного Писания входит в наше сознание! Как трудно нам принять дарованное нам спасение: «Нет, всё-таки скажите, что мне сделать, чтобы примириться с Богом?» Ничего. Прими Его дар и радуйся, молись и благодари Бога, что Он искупил тебя от твоих грехов и Своею Кровью очищает от них душу твою.

И вот человек так постоит, подумает: «С отцом-то Константином, конечно, можно поспорить, но с псалмопевцем-то не поспоришь». Молчит.

Помолчит немножко и скажет: «Так что, теперь ничего не делать, что ли?» Нет, это совсем другое. Для того, чтобы загладить свой грех, искупить свою вину, примириться с Богом, – делать ничего не нужно. Просто приди к распятому Христу, скажи: «Согрешил, прости меня», и прими Кровь Его как знак примирения и очищения от своих грехов. Для того, чтобы очиститься от грехов, ничего не надо делать, – надо просто причаститься с верой. Но это не значит, что вообще ничего не надо делать. Сначала надо просто причаститься с верой, – а вот дальше, когда ты примирился с Богом, Он тебе говорит: «А теперь иди и делай то, что Я тебе скажу». Вот и всё. Для того, чтобы примириться и стать Божьим, надо только поверить. Но это не значит, что жизнь после этого станет ничегонеделанием и валянием в грехах, – нет, не станет: тебя простили, и тебе не надо снова к этим грехам возвращаться.

Теперь ты должен пойти и делать то, что скажет тебе Господь, возделывать ту ниву, на которую Он тебя поставит: миссионерствовать или учительствовать, перевязывать раны или убирать какой-нибудь двор, кого-нибудь возить или кого-нибудь кормить, кому-нибудь служить, что-нибудь читать или кому-нибудь писать, – но что-нибудь ты делать должен, потому что в Церкви у тебя есть дело, которое поручает тебе Господь. Ты пришёл в Его дом. Чтобы войти в Его дом, ничего не нужно. Привратник тебя спрашивает: «Ты что пришёл? Ты грешник или нет?»

– Ой, грешник, грешник.

– Веруешь ли, что Христос прощает твои грехи?

– Верую, конечно, верую.

– Всё, заходи.

Источник: https://vk.com/wall-156269624_6943